– Кассандра! – с ненавистью прошипел Демион, и я снова зажмурилась, но было поздно. Слишком хорошо я запомнила синие сверкающие глаза в обрамлении черных ресниц, мокрую челку, капли с которой до сих пор падали мне на лицо, и губы так близко к моим, что едва хватило сил удержаться и не поцеловать. Пришлось поспешно закрыть глаза и представить, будто я ничего не видела. Но как можно игнорировать сильное влажное тело, которое слишком хорошо чувствуется через сомнительную преграду в виде намокшего платья? Труселя – и те не успели среагировать, только плотно облепили бедра, но даже не щипались.
– Почему я не удивлен? – прошипели мне на ухо, и рука, державшая бутылку со змием, задрожала. – Вот зачем ты меня искушаешь, а? – Горячее дыхание обожгло щеку, и по шее пробежали мурашки. Я боялась открыть глаза и увидеть обнаженного Демиона, прижимающего меня к полу. Приходилось лежать, пытаясь не двигаться с места.
Да, я не видела его, но слишком хорошо представляла, а чувства обострились до предела.
Это, пожалуй, волновало еще сильнее. А я очень не хотела, чтобы меня кто-то так сильно волновал. Особенно Демион. По крайней мере, до тех пор, пока я не придумала, как снять с себя папин подарочек.
– Ты знаешь, было очень опрометчиво приходить ко мне вот так, ночью, когда я тебя отпустил. Не боишься, что я передумаю? – Теплые губы скользнули по щеке. От неожиданности я дернулась, открыла глаза и заорала.
Так я не визжала никогда. Демион испуганно отскочил, я тут же зажмурилась, чтобы не увидеть лишнего.
Фигура у него была просто умопомрачительная, но сейчас мне было не до нее.
– Ты совсем сбрендила! – обиженно огрызнулся он, а я дрожащим голосом, не открывая глаз, прошептала:
– Извини, конечно, но у тебя нет головы…
– Как? – удивился Демион, а я послушно повторила:
– Я заорала, потому что у тебя нет головы. Понимаешь, это как-то неожиданно и совсем неромантично.
Ругательства, которые последовали буквально через минуту, позволяли предположить, что Демион добрался до зеркала.
Я открыла глаза и снова зажмурилась. Голова Демиона медленно появлялась на плечах, а вот все остальное и не исчезало. Я не готова была разглядывать поджарую мускулистую фигуру. Он хоть и стоял ко мне спиной, все равно там было на что посмотреть.
– Знаешь, – заметила я. – Я, конечно, не ханжа, но ты бы прикрылся. А то задница у тебя не исчезает.
– Кассандра! – рявкнул Демион, и в его голосе звучали истеричные нотки.
