Когда солнце наконец заглянуло в окна старого лазарета, у меня отлегло от сердца. Мортена не вспыхнула ярким пламенем и не закричала страшным голосом, мечась по помещению. Она продолжала мирно спать."
"– Вот видишь, – улыбнулась я, глядя на Колта. – Никакая она не нечисть.
Тот лишь одарил меня еще одним мрачным взглядом и наконец разрешил переместить девушку в действующий лазарет, а нам – вернуться в свои комнаты. Точнее, в свои комнаты вернулись все, кроме меня. Мне Колт велел ждать его в кабинете для того самого разговора.
Я не сопротивлялась. Послушно отправилась в кабинет под присмотром молодого миллита, который остался у двери, когда я вошла внутрь. Это уже вызвало тревогу, поскольку делало меня похожей на арестантку. Может, я мимоходом нарушила какой-то важный закон? Ах да… Мертвый лес – запрещенное место. Как и закрытая часть замка. Кажется, меня ждет отчисление и тюремный срок.
Впрочем, сейчас мне было плевать. Я радовалась тому, что Мортена вернулась живая и невредимая.
Ну, почти. Достаточно невредимая, чтобы с Рабана сняли обвинения. Почему-то сейчас для меня это было важнее.
Время шло, а Колт что-то не торопился устроить мне разнос. Я ждала его, сидя в кресле, предназначенном для посетителей, и сама не заметила, как постепенно свернулась на нем калачиком и уснула.
Проснулась, когда почувствовала, что солнце безжалостно бьет в глаза. Зашевелилась и с удивлением обнаружила, что уже не сижу в кресле, а лежу под пледом на небольшом диване.
Диван этот, правда, стоял на том же месте, что и кресло, и был подозрительно на него похож. Рядом кто-то шуршал бумагами. Я не без труда села, потерла глаза и огляделась.
Колт сидел за столом и что-то писал, сверяясь с каким-то документом. Солнце светило так, что становилось понятно: рассвет давно остался позади, близится закат. Неужели я проспала здесь весь день?
– Я не стал тебя будить, решил дождаться, когда ты сама проснешься, – спокойно сообщил Колт, не отрываясь от своего занятия и даже не поднимая на меня взгляда.
– Похоже, ночь тебя вымотала.
– Есть немного, – хрипло призналась я, растирая рукой лоб.
Голова была тяжелой, как после попойки. И несмотря на то что я проспала почти весь день, все равно ужасно хотелось спать.
– Я не знаю, что мы будем делать дальше, Ника, – все тем же спокойным голосом, в котором таилось нечто опасное, заметил Колт, наконец отложив бумаги и вперив в меня внимательный взгляд.
