Поэтому я решительно свернула платье, беспощадно сминая дорогой шёлк, и засунула его в самый дальний угол шкафа. Драгоценности бросила в верхний ящик стола.
Пора собираться для поездки в город.
Пора-то пора, но как, если то и дело я замирала с тетрадью, карандашом или сумкой в руке?
А ведь осталось каких-то несколько месяцев и мне придётся покинуть это место, которое, несмотря ни на что, стало мне домом. Именно здесь я научилась стоять за себя, здесь ощутила свою силу. Академия дала мне возможность многому научиться и осознать, что в мире действительно есть люди, готовые помочь.
Осознать, но не принять и не привыкнуть.
«Объясни мне, почему ты становишься такой упёртой, стоит предложить тебе помощь?» – услышала я, словно наяву и резко оглянулась. Поблизости не было ни души, а в голове уже раздавался совсем другой голос.
– Я помогу тебе, Аурелия. – То, что Присли снова попытался стать любящим родственником, смутило даже тринадцатилетнюю меня. – Но и ты должна помочь мне в ответ.
– Чего вы хотите? – насуплено глядя на него, мрачно спросила я.
– Подпиши бумаги, и мы снова станем с тобой лучшими друзьями, – он щедро расточал улыбки, протягивая мне несколько листов.
С осторожностью загнанного в угол зверька я выхватила их из его рук и попыталась понять, как именно он пытается меня обмануть. В чём, а в этом сомнений не оставалось, жаль только, что свод законов империи попался мне в руки лишь спустя год.
– Что здесь написано? – нахмурилась я, запутавшись в правах и обязанностях.
– Я удочеряю тебя ,и ты становишься моей полноправной наследницей. – И столько радости сквозило во всём его виде, что я ещё твёрже решила не соглашаться. – После подписания этих бумаг ты завтра же отправишься в дом родителей, – голосом искусителя продолжал Присли и моё сердце замерло.
Неужели я побываю в своём родном доме?
– Простите, но я не подпишу.
Тоскливо застонало сердце. Пусть я многого не знала, но то, что принесёт радость Присли, по определению не может быть благом для меня.
– Что ж, – я видела, как яростно раздуваются его ноздри, – ты сама выбрала свою судьбу. Свободна! – он отмахнулся от меня, и я выскользнула за дверь с ощущением, что избежала большой беды.
И позже Грейс только подтвердила это, объяснив, что удочеряя меня, Присли открывает себе доступ к моему наследству и праву распоряжаться моей жизнью по своему усмотрению. Без ограничений и временных рамок.
