И спровадить бы боевика к лекарю, но его дружки вдруг куда-то делись, а вести самой нет никакого желания.
– Ни одного, – самодовольно улыбнулся Рик.
Совсем идиот? Врагов нет только у них и уродов, а ни к тем, ни другим я его не относила. До сегодняшнего дня.
– Тебе надо к лекарям, – констатировала я со вздохом, поднимаясь.
По всему выходило, что эта тяжёлая доля выпала мне. Жаль только, что лазарет стоит отдельно от остальных зданий. Плащ, конечно, защитит от снега, а вот туфли вместо сапог от холода уберегут вряд ли.
– Из-за того, что у меня нет врагов? – развеселился Шалинберг, но встал и, оказавшись удивительно быстрым, сам набросил плащ мне на плечи.
– Можно и так сказать, – отозвалась мрачно, чувствуя, как нам вслед смотрит вся столовая.
Так и знала, что дурацкое приглашение на бал не закончится ничем хорошим."
"Обычно идти до лазарета всего ничего, но не тогда, когда вокруг сугробы по колено, а снег застилает глаза. Хотя Шалинберга я недооценила – стоило выйти на мороз, и боевик накинул согревающее заклинание сначала на меня, а потом на себя, демонстрируя неплохое владение бытовой магией.
Мне высушить, согреть, нагреть, почистить или сделать ещё что-нибудь такое же полезное всё ещё удавалось через раз.
Лазарет встретил нас влажным теплом и улыбкой встречающего лекаря.
– Имя? – вежливо спросила девушка, стоило мне подтолкнуть к ней боевика.
– Рикард Уворм Шалинберг, – оказался необычайно послушным тот.
– Причина обращения? – И, вздёрнув бровь, демонстративно повернулся ко мне.
– Подозрение на отравление приворотным зельем. – Улыбаться лекарь резко перестала, уже гораздо внимательнее изучая Шалинберга.
– Понимаете, – он доверительно понизил голос, наклонившись к ней, – мне нравится эта девушка, а она считает, что мне подлили приворотное.
– Бывает. – И лекарь вроде улыбнулась, но улыбка вышла настолько неживой, что не поверил никто. Неудивительно, в общем-то, за использование приворотных одним выговором не отделаешься.
– Пройдите за мной, льер Шалинберг.
Всё, дело по спасению выполнено, а, значит, можно возвращаться к себе.
– Аурелия Грасс?
До комнаты оставалось два поворота, когда мне внаглую преградили путь.
– Допустим.
Каждая из трёх девиц, зло глядящих на меня, была на полголовы выше и в два раза мощнее. И интуиция подсказывала, что вряд ли они учатся на спецартефакторике. И вот вопрос, что за нашествие боевиков на мою бедную голову? Или бедовую?..
