– Выдохнув, я решительно подняла взгляд. – Я его придумала. Случайно. Оно должно менять полярность и уничтожать. – И всё же рука дрогнула, когда я передавала ему свои записи. – Я доделаю его, даже если потом император меня разоблачит, и тогда третий слой не будет смертельным. Правда, что именно случится, я не знаю, но в любом случае они должны оказаться стёртыми защитной сферой.
Ориан долго изучал отданный мной лист, кажется, забыв про время.
– Знаешь, что больше всего раздражает, Лея? – Отбросив заклинание, он подошёл, опираясь ладонями о стол по обе стороны от меня.
Поглощённая мыслями о грядущем допросе, я пропустила, как его глаза перестали мерцать – в них бушевали самые настоящие молнии. – Что даже сейчас, после всего, что я сказал, ты уверена, что за это, – он кивнул на стол, – я отдам тебя ищейкам Лориана.
– Просто я… – Какие могут быть оправдания, если он впервые смотрит на меня так, что я не знаю убегать в ужасе или прижаться ещё ближе.
– Просто больше не будет, Лея, – пообещал Ориан.
Вот только угрозы в его словах не было.
А потом не стало вообще ничего.
Потому что мир растворился в его поцелуе. Настойчивом, убеждающем довериться, обещающем поддержку… и не только её.
Глава 39
Ориан действительно написал для меня освобождение от утренних занятий, но недосып – не повод пропускать две лекции права. Особенно, если они последние перед зачётом.
– А где Корса? – прошептала соседке сидящая передо мной Армина и, в отличие от сонного жужжания профессора Поберга, это моё засыпающее сознание уловило.
– Не знаю, – отозвалась Илана, не отрывая взгляд от конспекта. – Её с утра никто не видел.
Стоило ли возиться с журналом и выговорами, если за прогул полагался один из них? Покачав головой, я выбросила Корсу из головы. Оставалось потерпеть ещё четверть часа этого издевательства и наступит обеденный перерыв. Есть не хотелось, а вот поспать лишний час – очень даже.
Тем более что следующее занятие должно было начаться в этой же аудитории.
– Тварь! – Пронзительный крик вдруг ввинтился в сознание, заставив открыть глаза. И только хорошая реакция спасла мою голову от столкновения со студенческой скамьёй. – Безродная дрянь!
Скамья с оглушительным грохотом врезалась в стену за мной и рухнула на пол, а вместе с ней и я. Потому что мне требовались хотя бы пара мгновений, чтобы проснуться, а летящий стол этому не способствовал.
