Магия сработала, отзываясь на ритуальные слова, и на его руке появился серебристый замысловатый узор.
Шалинберг что, выпендриться захотел под выпуск? Так у него получилось, ближайшие столы смотрели на него кто шокировано, кто восхищённо, но умным не считал уже никто. Потому что только что герцогский сынок, красавец, магически одарённый боевик и вообще самый-самый шестикурсник оставил себя без пары, а особо желающих без шанса."
"И побить бы его головой об стол, но… причём тут, собственно, я, если сложности из ничего Рик создал себе сам?
К этому времени студентов в столовой значительно прибавилось и все они, затаив дыхание, ждали моего ответа.
В абсолютной уверенности, что я не смогу отказать боевику, несмотря на четыре года войны.
– Рикард Уворм Шалинберг, – говорить торжественно, так, чтобы слышали во всех уголках зала, меня тоже когда-то учили, – быть твоей белой розой на Зимнем балу… – Долгая пауза и злорадный взгляд, который Рик, в отличие от остальных студентов, видел отчётливо.
– Не мой путь.
Так тебя! Не то, чтобы я планировала победить в нашем занимательном противостоянии, но такой финал меня более чем устраивал. Ведь это каким надо было быть идиотом, чтобы додуматься пригласить меня на бал? Или Рик думал, что я обклеила всю комнату его портретами и втайне их нацеловываю?
– Что?! – усиленное эхом и десятками голосов.
Ах, да, мы здесь не одни.
И всё бы ничего, но моё чистое и неприкрытое удовлетворение знатно подпортилось его взглядом. Вполне себе победным.
И вот вопрос, чего я не знаю? Того, что Рик не совсем дурак и предполагал отказ? Тогда за каким шаргхом ему понадобилось это представление?.. Хотя какая мне разница!
Под ошарашенными взглядами студентов я вышла из столовой, оставив боевика за спиной.
Глупость? Ну, не знаю… Чтобы я согласилась с ним пойти, на землю снова должны были спуститься рианы, не меньше. Но боги, создавшие наш мир не являлись, а, значит, скучать Шалинбергру без спутницы на Зимнем балу. Ничего, ему полезно.
Возможно, какой-нибудь наивной третьекурснице я даже сделала одолжение, оставляя её без внимание обнаглевшего боевика.
– Лиерра Грасс!..
Поздно. Увлекшись местью, я не смотрела вперёд, очнувшись в момент удара, от которого из глаз брызнули слёзы. Неудивительно вообще-то, если со всей дури влететь в основу металлической стремянки, поставленной прямо в центре зала. Хорошего такого, большого, с широкой двойной лестницей, гранитным полом и гранитными стенами.
