Страшное, леденящее душу озарение, подбросившее с мест самых впечатлительных.
Миста оказалась стихийником.
– Я должна…
– Ты ничего не должна! – встретился со мной взглядом Рик.
– Иди к фаркасам! – вызверилась я, скидывая его ладонь.
– Встанешь с этого стула, и я лично сдам тебя ректору! – зло процедил Рик и вряд ли шутил.
– Шалинберг, ты совсем?!
Совсем. Потому что, не теряя времени, он обездвижил меня так, что даже говорить не получалось.
– Так ты точно никуда не влезешь, – ровно пояснил Рик, отвернулся, а в следующее мгновение наступил хаос.
Ещё один крик, и уже Илана, которая только что сидела рядом с Мистой, хрипит и царапает себе горло, не в силах… вдохнуть? Дрожь прошла по телу одновременно с предвкушением.
Воздушник! Миста оказалась стихийным воздушным магом и, подтверждая, виски взорвало болью, идущей от необученного менталиста. А за её столом продолжали, хрипя, одна за другой падать девушки, которые больше не могли дышать.
Шаргх! Мне нужно снять это дурацкое заклинание!
«Так сожги его», – отозвалось нечто в моей голове.
Сжечь? Но как…
И тут всю академию накрыло звоном, от которого закладывало уши. Сигнальные заклинания, наконец, обнаружили стихийный выброс, и сейчас здесь всем станет жарко.
Запаниковали студенты, застучали упавшие стулья, ввергая столовую в бедлам. Хотя его хватало и без этого – Миста зависла наверху, под сводчатым потолком, а ближайшие к ней студентки продолжили терять сознание от удушья.
И безмозглые боевики ринулись в самую гущу событий.
Сжечь, значит?.
.
На собственный страх и риск, не обращая внимания на крики, топот и панику, я потянулась к пламени, а оно только этого и ждало. Плетение Рика, осевшее на мне яркими зелёными линиями, горело, освободив сначала руки, а потом и всю меня.
Легко? Как же!
Я чувствовала, как огненная стихия тащит меня в самую середину, туда, где Миста неосознанно убивала студентов академии. Пламя уговаривало помочь, подхватить силу вдруг проснувшейся однокурсницы. Напоминало, что огню с такой поддержкой ветра будет не страшен сам Эвилонберг, чего бы он не хотел.
И запретная фамилия раззадорила, ослабила волю, но…
Ногтями одной руки я впилась в запястье другой. Боль отрезвила, вернула в себя и помогла запереть стихийный дар внутри. Хотя бы попробовать запереть так, чтобы хватило терпения пережить этот ужас.
И именно в этот миг в столовую ворвались преподаватели.
Оллэйстар сразу подхватил совместное плетение Делабергов, не давая ему рассыпаться под гнётом магии Мисты.
