Правда оказалась неприглядной. Маг, разорившийся на сомнительных махинациях, продавший последнее имущество, доставшееся по наследству от родителей и дальних родственников, решил заработать нечестным путем.
На мой вопрос, а как же он тогда мог себе позволить дорогую одежду, Монсеньор ответил, что это дело статуса. Все, что ди Тифрин зарабатывал, он тратил на поддержание образа успешного человека, чтобы ему давали ссуды процентщики, а знакомые – в долг. Ведь богатому человеку каждый готов отдать последнюю рубашку, а бедному монетки пожалеют.
Чтобы поправить свое финансовое положение, маг стал искать нечестные способы быстро разбогатеть. Несколько раз он попадал в такие передряги, связавшись с преступным миром, что ноги уносил только благодаря своей магии и опыту.
Теперь он связался с контрабандистами, которые поставляли кому-то оборотней. Что собирались делать с волками и рысями, которых ди Тифрин переправил в прошлый раз, слуги не знали, а маг еще приходил в себя после удара моей магии и давать показания не мог.
В прошлый раз все тоже прошло не очень гладко. Несколько рысей напали на самого ди Тифрина, тому пришлось с помощью магии отбиваться. Все же волки и рыси – разные оборотни. Природа наградила их различными способностями к обороту. Если волки почти с рождения могли оборачиваться, то рыси – только по достижении совершеннолетия, потому рыси, которые напали на ди Тифрина, были взрослыми и понимали, что происходит. В результате двое рысей были убиты, и маг заработал меньше.
Я вклинилась в разговор, стараясь прикинуть по датам, когда это было. Как и предполагала, именно в то самое время, когда меня выдали замуж. Хозяин гостиницы еще говорил, что ди Тифрин был очень недоволен. То есть маг точно не мог быть моим неизвестным мужем. Это с одной стороны радовало, с другой не отменяло поисков.
Волчат должны были передать через несколько дней, так что мы появились очень вовремя. Конечно, щенки, едва поняли, что получили свободу, тут же разбежались по большому двору особняка.
Я с интересом наблюдала в окно, как чародеи, путаясь в длинных одеждах, гоняются по глубокому снегу за перепуганными волчатами. Люк старался их призывать, многие подходили, жались к взрослому волку, но, как только появлялись люди, снова удирали. Эта игра в салочки продолжалась долго, пока кто-то не сообразил и не принес с кухни сырого мяса. Голодные щенки какое-то время еще бегали, но потом все же стали подходить.
