Я постаралась отогнать от себя образ обнаженного куратора, уставившись на огонь в камине.
– Господин Шортан, как вы? – спросил заботливо отец.
– Благодарю. Все хорошо, – кивнул ему учитель и устроился рядом с нами за столом. – Не подскажете, когда следующая карета?
– Керт, когда будет карета? – громогласно вопросил отец.
Я его понимала. Учитель только что помог собрать алтарь, и теперь семье не придется выплачивать за новый ритуальный камень баснословные деньги.
– Должна уже быть. Если погода уляжется, то будет очень скоро, – отозвался хозяин постоялого двора.
– А вы куда направлялись? – вежливо поинтересовался мой отец.
– В Хартин, – односложно ответил господин Шортан.
– По делам или, как Рея, на каникулы? – все так же вежливо, но с видимым любопытством, расспрашивал отец.
– К невесте, – так же коротко ответил куратор.
– Женитьба – это хорошо! – радостно подхватил отец.
– Пап, – оборвала я словоохотливого отца, – нам к Лане надо. Наверное, уже заждались нас.
Я встала и попыталась вытолкнуть из-за стола своего родителя.
Не хватало, чтобы он сейчас еще про мою женитьбу рассказал.
– Господин Шортан, а вот и карета прибыла, – вынырнул из кухни господин Керт.
– Вот видишь, господин Шортан сейчас уедет, а у нас там гости, – шептала я на ухо отцу.
– Рад был встрече, – вцепился в руку полуоборотня отец.
Нисколько не сомневаюсь, что рукопожатие было искренним.
– Счастливо оставаться, – произнес куратор и вновь поднялся к себе за вещами.
– Может, его пригласить на свадьбу? – в порыве благодарности папа готов был и не такое предложить.
– Ты же слышал. У господина Шортана есть невеста, и он к ней спешит, – я постаралась урезонить безмерную благодарность своего родителя. – Ты лучше расспроси Керта, куда предыдущая карета с моим мужем отправилась.
Меня интересовало мое замужество, в отличие от папы, который был счастлив сознанием того, что удалось избежать долговой ямы. Но последняя фраза дошла до родителя, и он направился к хозяину постоялого двора.
На улице слышались разговоры, бренчала упряжь. Из-за непогоды время прибытия и отправки карет сбилось, а потому лошадей срочно меняли на отдохнувших в теплой конюшне и готовили в дорогу.
Люди забегали, толкались, спрашивая горячего чая, пытались отогреться, а потом торопились занять вновь свои места в почтовой карете. Те же, кто приехал, быстро расходились по домам. Вскоре и господин Шортан спустился в общую комнату, держа в руках саквояж.
