Выбор на семнадцатую шахту пал не просто так. У меня имелась лишь одна попытка. Пришлось заранее изучить все открытые голограммы и фотографии в инфосети, чтобы определиться, где безопаснее и «случайнее» можно устроить происшествие. Семнадцатая была крайней, и в случае камнепада никого из туристов не должно было задеть.
Как сломать сделанные из добротной пентапластмассы балки — встало отдельным вопросом. Не тащить же с собой биту, молоток или другие инструменты? А если обыск? Но тут снова помогли Толик и Жора, буквально пришедшие в восторг от задачки «как разрушить опоры, но при этом чтобы никто ни о чём не догадался».
Близнецы были непревзойдёнными мастерами в том, что касалось сломать-разбить-уничтожить-испортить-развалить-взорвать, и мне неоднократно приходилось краснеть за них перед директором школы. На этот раз я их не ругала, а наоборот, попросила совета, даже не предполагая, что уже к утру эти двое обормотов стащат из химической лаборатории набор для создания кислот.
— Вот это точно разъест пентапластмассу, — важно сообщил Толик, протягивая стеклянную тару с подозрительно ядрёно-салатово-голубой жидкостью и пузырьками на дне сосуда.
— Ага, красиво разъест, ещё пошипит в процессе, — добавил Жора и мечтательно вздохнул. — Жаль, мы не увидим. Ну, бывай, сестрёнка, только про нас не забывай. Прилетай, что ли, на каникулы.
И мы обнялись втроём. А потом подошёл Руслан, прихромал Лёвка, за ними из детской с независимым видом в узком проходе возникла Иришка. Она плохо понимала, что происходит, но всё равно давно пообещала держать в секрете, что я всё свободное время учу по электронным учебниками непонятные формулы.
Провожать меня вышли все… Все знали, кроме мамы, конечно. Меня стиснули на прощание так крепко, что даже слёзы навернулись.
— Ты же нас не забудешь, да? — неожиданно спросил Лёвка и шмыгнул носом, опираясь на костыль. — Будешь прилетать? Хотя бы на каникулы?
— Конечно буду! — пробормотала я, пытаясь обхватить их всех. — Подождите, я ещё не поступила даже.
Рано об этом говорить. Может, они там скажут, что я слишком глупая и не подхожу.
— Не говори ерунды, Крис! Ты у нас умная! — возмутился Руслан.
— И вообще, самая-самая лучшая. — Жора стиснул сильнее.
— И они сами будут кусать локти, если тебя не возьмут, — добавил Толя.
— Ты нам как мама, — неожиданно выдала самая мелкая, и все резко замолчали.
Потому что мама — это отдельная песня. Разумеется, мы её любили, но… порой даже пятилетняя Ира вела себя разумнее.
