Академия Льда и Тумана

Снаружи был лес, в котором, при желании, я без проблем могла бы скрыться. Растения любят гиан, и всегда приходят нам на помощь.

Проблема была в том, что я оказалась на четвертом этаже, и, даже сделай я веревку из простыни, штор и одеяла, ее не хватит, чтобы спуститься.

За неимением лучшего варианта, я направилась к двери, без особой надежды дернула за ручку, и не поверила своей удаче. Оказалось, что меня даже не заперли. Скорее всего решили, что я буду без сознания еще какое-то время, и было бы глупо этим не воспользоваться.

Но для начала нужно было чем-нибудь вооружиться.

После сражения с тварями магия все еще отзывалась неохотно, словно ее что-то сдерживало, а я не так глупа, чтобы отправляться на разведку незнакомой территории с голыми руками. Осмотревшись, я нашла небольшой нож, видимо для чистки фруктов, и поудобнее перехватила его.

«Что ж, это лучше, чем ничего...» — подумала я, и, собравшись с духом, сняла обувь, чтобы передвигаться как можно тише, и тенью проскочила в коридор.

Однако, не смотря на опасения, ни в коридоре, ни даже на лестнице, я не встретила ни одной живой души. Лишь внизу, на первом этаже, я услышала голоса. Подойдя ближе, я скрылась за плотной портьерой, и прислушалась. Один из них был женским, даже девичьим. Судя по всему, он принадлежал той, чью комнату я занимала. А вот второй мне был хорошо знаком.

— Тал, я прошу тебя, остановись, пока не стало слишком поздно! Разве ты не видишь, что он использует тебя? Он не такой, как ты! Он хочет не справедливости, а власти! — голос девушки звучал умоляюще, и я разделяла ее тревогу.

— Я делаю это ради тебя, и ради Лиары. Пока король жив, ни ты, ни она, ни другие гианы не будут в безопасности. Ты еще слишком юна, но должна понимать. Если мы хотим создать лучший мир, он должен понести наказание за все, что сделал с вами.

— Но так же нельзя! Из-за него страдают невинные люди! Я слышала о том, что произошло в замке, на балу! Там же были дети, Тал! Они могли погибнуть!

— Маги из академии не допустили бы этого, — хмуро ответил он, но я уловила нотку сомнения в его голосе, — Все остались живы...