Академия любви и ненависти

Роберт не должен видеть мою довольную физиономию.

Иду, мягко покачивая бёдрами и стараясь не расхохотаться. Самое смешное будет позднее

— когда я вернусь! А сейчас добавим трагизма в голос и сделаем то, что нужно сделать — отомстить."

"— И ты вот так меня отпустишь? — спросила, оборачиваясь. Голубые глаза полны слёз, губы подрагивают. Само отчаяние и грусть! — Сестру лучшего друга.

Неприспособленную к пешим походам аристократку. Да, Роберт? Неужели ты так жесток? До ближайшей деревни идти полдня.

Мы стоим, каждый со своей стороны моста, прямые как палки, напряжённые.

Его тёмные глаза ничего не выражают, но я знаю, что именно сейчас он зол как никогда, ведь я умудрилась выставить его перед окружающими настоящим зверем, совершенно безжалостным к хрупким и беззащитным маленьким блондинкам.

Репутация — то, что мужчина должен холить и лелеять. И не важно, что это я веду себя как избалованная девица. Любой мужчина с младых ногтей знает — девочек нужно беречь и защищать, даже если приходится беречь и защищать от их собственной глупости.

Безусловно, это ужаснейшее коварство с моей стороны. Но именно эта бесстыжая уловка позволит ему сохранить лицо, когда я вернусь в академию против его слова. А меня репутацией избалованной аристократки не испугать, она даже на руку. Пусть все думают, что я взбалмошная домашняя девочка. Каждая порядочная девушка знает, насколько выгодна эта позиция в мужском обществе.

— Поднимайте мост, — распорядился Роберт.

— Что?! — Мне хватило пару ударов сердца, чтобы преодолеть разделяющее нас расстояние и рявкнуть прямо в надменную рожу: — Что? Совсем с ума сошёл? Всё! Я ушла, как и обещала.

Но я вернулась. И не вздумай мне препятствовать. Я буду учиться в академии Каисторн, даже если придётся тебя придушить.

Последние слова прошипела змеёй. Зыркнула на него зло и недовольно, ухватила юбку и пружинящей походкой рванула назад в телепортационную, где без лишних реверансов встала на чёрный квадрат и велела Заку активировать арку.

За спиной зароптали, да и сам дежурный встревожился, но я была непреклонна.

— Активируй, — велела тихо и грозно.

Не знаю, управлял ли процессом сам Зак или механизм телепорта, но тёмная гладь отполированного камня завибрировала и засветилась, притом сразу алым, словно телепорт меня признал и уже не требовал длительной настройки.

Я решительно коснулась белёсой глади, как только она проявилась, выдала порцию личной магии и практически сразу очутилась в пустыне.