И на следующий день обе встали, зевая во весь рот.
— А сегодня, между прочим, теория и практика обращения с магическими животными и артефакторика, — обрадовала меня Васиэль, когда мы вышли из общаги и неспешно направились завтракать в столовой. Туда уже стекался голодный народ. Следовало хорошенько набить животы перед тяжелым днем. — По теории и практике зачеты. По артефакторике — экзамен.
У меня появилось желание вернуться к демонам. Да, Ноэлин не поймет. Но зато и не нужно будет идти на экзамен не подготовленной.
— Олька, ты что, трусишь? — ухмыльнулась Васиэль, посмотрев на выражение моего лица.
— Позориться не хочется, — буркнула я. — Боюсь, мне не поверят, если я расскажу, как вместо повторения заданий выбирала подвенечное платье в мире демонов.
Васиэль представила себе эту картину и весело расхохоталась. Я только вздохнула. Заразы. Все заразы.
Глава 57
Первой шла теория обращения с магическими животными. Дриада Валериана, выглядевшая как всегда сногсшибательно, раздала списки вопросов, на которые должен был ответить каждый адепт.
По ее уверениям, вопросы не повторялись. Мне не решились проверять это. И каждый засопел над своим листком.
Я прописала и особенности общения с грифонами, и подробную характеристику единорогов. И даже с кикиморами управилась. А вот на вивернах дело застопорилось. Я никак не могла вспомнить, в каком мире появились первые виверны.
Нет, понятно, что в магическом и относительно известном, иначе о нем нигде не упоминалось бы. Но вот в каком…
На зачет я, конечно, наработала.
Но терпеть не могла оставлять какие-то вопросы не решенными.
Если рассуждать логически, то виверны — дальние родственники драконов. Хоть Ноэлина от такого утверждения и знатно перекосит. Значит…
Я ухмыльнулась и вписала мир драконов той самой родиной.
Ответив еще на парочку вопросов, я с чистой совестью сдала листок Валериане и до конца занятия читала артефакторику. Хоть что-то повторю. Хотя, конечно, перед смертью не надышишься.
Партисон, препод по практике, встретил нас в загоне у единорогов.
Он расчесывал одному из рогатых коняшек гриву костяным гребнем и что-то негромко ему рассказывал. Тот молчал и слушал, как будто что-то понимал.
Мы стояли у загона и наблюдали за этим действом.
Наконец, Партисон закончил с расчесыванием, вышел от единорога и, не закрывая калитки загона, повернулся к нам.
— Первое задание: найти общий язык с единорогом. Он должен позволить вам расчесать его гриву.
Ой. Упс. И прочие междометия.
