По крайней мере именно так я про такого целителя и подумал бы!
Посмотрев на часы понял, что познакомиться с простолюдином трёхстихийником у меня уже не оставалось времени. Немного подумав решил, что сделаю это во время обеденного перерыва.
Что касалось моего интереса к этому парню, то всё было до банального просто. Не мог родиться в обычной крестьянской семье маг, обладающий сразу тремя стихиями. Однако мне было неважно, чей он потомок. Я просто хотел подложить под него магесс из моей крестьянской магической школы.
Конечно очень маловероятно, что кто-то унаследует его множественность даров, но по большому счёту я ничего не терял.
Что касалось магесс, то насильно подкладывать я никого не собирался. Оглашу вознаграждение снабжу зельем плодородия и в бой!
Поймав себя на мысли, что я размечтался, решил отложить далеко играющие планы на потом. Ведь я даже ещё не познакомился с этим Матвеевым.
Урок математики прошёл довольно скучно. По крайней мере для меня.
Жаль, что мне не разрешили сдать экзамен по этому предмету досрочно. Оставалось бы больше времени на посещение библиотеки.
Быстро решив самостоятельную работу, я сдал решение профессору. До конца урока оставалось ещё двадцать минут, которые я потратил на чтение книги под названием «Абсурдные теории возникновения магии, дошедшие до наших дней», автора Бориса Моисеева.
Книга была написана очень доступным языком. Он расписывал своё видение и приводил интересные аргументы, порой высмеивая древние и не очень теории, что делало книгу очень увлекательной.
Но я наоборот отнёсся к этой книге со всем вниманием. А всё потому, что, когда я взял эту книгу, мне на глаза попалась карточка с фамилиями читавших эту книгу. И в ней были такие фамилии: Д. Меньшиков, Н. Рюрикович, А. Рюрикович, А. Щеглов, А. Столыпин и, что меня ещё сильнее удивило, Т. Тьер. Причём запись отца была самой крайней.
Пока я никому не говорил о своей находке. Ведь по сути, что такого, что все известнейшие фамилии читали эту книгу.
Но, как говорит Ля Фисто, случайности не случайны. И поэтому я читал эту книгу стараясь понять, что всех этих людей заинтересовало в ней. Но с другой стороны, раз её не убрали с книжных полок, то никаких больших секретов в ней нет.
Когда прозвенел звонок с нижних ярусов аудитории раздался печальный стон. Отложив книгу, я дождался Исаврийскую и Романову, и мы вместе направились в столовую.
