Я с двенадцати часов следил за входом в Академию. По расписанию у Щеглова было всего две пары. Но он почему-то задержался.
— Сытый человек, спокойный человек, — произнёс я. — Что удалось узнать?
— Щеглов живёт в центральном районе. Его дом чуть меньше того, что занимаем мы. Слуг и охраны почти нет. Однако за его домом ведут наблюдение люди из ГРУ
— С чего ты взял? — спросил я.
— Я узнал одного из них. Он участвовал в нашем захвате, когда мы первый раз прибыли в столицу на воздушном корабле, — ответил он.
— В общем, я не стал сильно светиться там, чтобы не быть обнаруженным. Но сразу видно, что Щеглов переживает не лучшие времена.
— С чего ты взял? — спросил я.
— Я видел, что его встретила сестра, у которой платье выглядело уже поношенным. Конечно это может быть обычной бережливостью. Но сам понимаешь, будь у них деньги ни о какой бережливости не было бы и речи.
Я задумался. Честно сказать я слышал разговоры родных о том, что род Щегловых очень богат. Имея рудники с метеоритным железом, иначе не могло быть! А это значит, что император и его люди ободрали их до нитки.
И я был уверен, что рудники теперь находятся в собственности императорского рода.
— Такова судьба проигравших, — сказал я. — Им ещё повезло, что их оставили в живых.
— Согласен, — произнёс Зес. — Какие действия мы будем предпринимать в отношении них?
— Раз у них нет денег, то и вести сложную игру против меня и рода они не смогут. Оставим их пока в покое. Однако, если заметим, что они всё-таки замышляют против нас, тогда уничтожим!
* * *Особняк Щегловых.
— Брат, — обратилась ко Льву, его младшая сестра Анна, — почему ты не обратился к целителям, чтобы тебе исцелили твой нос.
Лев прикусил губу, обдумывая свой ответ. Он присел на колени рядом со стоящей сестрой и обняв её, сказал.
— Прости, сестра, но у нас больше нет на это денег. Поэтому я подожду, когда он сам заживёт. Дядька Василий его вправил. И теперь он срастётся правильно.
— Но тебе же больно. Ох, не дай Стихия мне попадётся этот гадский Тьер.
Я его вморожу в стену так, что он и глазом не моргнёт.
— Ань, ты ведь не просто так ходишь по дому в этом платье. Тебе ведь нечего надеть! Или думаешь я не заметил, что к тебе перестали приходить подруги и ты в последнее время сидишь дома, потому что никто такого приглашения не присылает тебе?
Двенадцатилетняя девушка опустила голову, признавая обидные слова брата. Единственного родного человека, оставшегося после гражданской войны.
