Рубашка прилипла к взмокшей и теперь заледеневшей спине.
Я не думала, что могу умереть. Кто-то напрочь отключил мой инстинкт самосохранения. Или все происходило слишком быстро, чтобы испугаться по-настоящему. В замке работает много врачей, и они обязательно срастят все мои косточки, даже если сломанных будут сотни. Но я не желала вновь оказаться на больничной койке, как и вообще чувствовать боль.
Я успела прикрыть глаза и вспомнить то чувство, которое посетило меня, когда я шла сквозь факелы на вершине ректорской башни.
Чувство неуязвимости, ведь в тот момент мне было под силу абсолютно все.
Следующей оказалась та злость, пришедшая на дне пруда и заставившая отшвырнуть самого могущественного огневика академии. Александра, парня, что за несколько минут до этого превращал свою ладонь в чистое пламя…
Вот она, разгадка. Мимолетная, но озарившая мое сознание, как свет падающей звезды в ночи. Всего мгновение, но оно уберегло меня.
Я упала. Столкнулась с твердой землей. И это оказалось болезненно, правда, не настолько, насколько могло бы быть в другой ситуации.
Мне показалось, что на мгновение меня расплющило от земного притяжения, а потом вернуло в обычное состояние. Я слегка пружинила и уже окончательно рухнула на траву. Многочисленные осколки валялись рядом, и еще несколько упали после. Я чувствовала, как по щеке стекала капелька крови и болели ушибы, полученные еще наверху, но в остальном мое самочувствие было даже больше, чем сносным.
Я попыталась встать, но сил хватило только приподняться на локтях.
Где-то неподалеку весело чирикала птица, а у окон замка собрались студенты, привлеченные шумом. Сверху, откуда я выпала, донесся крик:
— Она жива! — И несколько макушек сокурсников показалось в оконном проеме.
А через мгновение меня затошнило, и я на глазах у всех опорожнила желудок прямо на траву, содрогаясь всем телом. Хуже зрелища, наверное, и не придумаешь. Мне бы и самой было противно, если бы не было так плохо.
По траве скользнула тень — человеческая и совершенно обычная, но я все равно вздрогнула.
А потом кто-то заботливо отодвинул мои волосы с лица, откинув их за спину, и придержал за плечо, чтобы я ненароком без сил не свалилась в остатки утреннего сэндвича.
— Не сдерживайся, пусть еда выходит, ничего страшного. — Я узнала спокойный голос Вацлава. Уже от одного этого звука мне стало легче. — Такое бывает. Тело-то подстроилось, а вот все лишнее…"
"Конец фразы я не услышала — желудок вновь свело от спазмов. Запах стоял противный.
