Поэтому имелись определенные догадки, что каких-либо следящих артефактов внизу не пряталось, — покрытие хранилища, вероятно, полностью не сдерживало влияние техники, и магические вещи барахлили.
— Я буду следить за тем, чтобы отец не покинул арену раньше времени, — проговорил Александр. — Но на магическое шоу придет король, поэтому проблем возникнуть не должно. Никто из аристократов не позволит себе уйти первее правителя.
— Но что делать с планом подземелья? Я не хочу туда соваться, будучи совершенно слепой, — возразила Тара, нервно облизнув губы.
Эта девушка участвовала в нашей затее по двум причинам. Первая и самая ненадежная — деньги. Я поначалу удивилась, но воздушница лишь посмеялась.
— Я не богата, у меня обычные родители. Единственная особенность нашей семьи — это сильная магия. Но и она пробуждается не каждое поколение, — заявила она. — До проявления особенности моего дара я скопила приличную сумму, но два года в лесу истощили все запасы. Мне надо быстро подзаработать, чтобы самой хорошо жить и помочь родным.
Проведя простые расчеты в голове, я поняла, что стихийница как минимум на год старше всех присутствующих и должна была обучаться на четвертом курсе, а вместо этого застряла на втором. Уровень же ее силы завис между первым и вторым, а такой даже среди местных встречался редко.
Вторая же причина ее участия заключалась в дружбе с Димитаром и приятельских отношениях со всеми остальными. И этот предлог показался мне более весомым.
— С планом подземелья помогут Вацлав и Димитар.
Они поработают вместе и попытаются его прощупать, — сообщил Розенталь. — Оба маги земли, и достаточно сильные. Я рассыплю вокруг фасада семена, которые заранее подготовит Вацлав. Это должно сработать. Какой-никакой план коридоров у нас будет.
Тара понимающе закивала, видимо, удовлетворенная ответом. Ведь маг земли мог управлять растениями, а если вдруг магический росток прорастет сквозь фундамент, это вряд ли сразу заметят. Еще я знала, что семена были непростыми и принадлежали к какому-то стихийному виду.
На протяжении нескольких дней я периодически пыталась понять, почему во всем этом участвует Рон. Этот мужчина за двойную игру мог заплатить цену гораздо большую, чем любой здесь присутствующий. Лишь накануне я спросила об этом Александра.
Мы лежали на кровати поверх одеяла, я заучивала последние конспекты из тетради, голова парня покоилась на моем бедре, и он читал книгу, согнув ноги в коленях.
