Они сидели на помостах напротив нас, на другой стороне поля, а девушка мертвой хваткой вцепилась в его руку — зрелище не из приятных. Но мы с огневиком решили, что пока нужды провоцировать его невесту нет. Хотя на завтра и еще на несколько ближайших дней запланированы сделки и поставки. Тогда уже потребуется прикрытие. Сейчас мы просто ожидали подходящего момента.
— Мартин, а как проходит праздник Луны?
— Ты не знаешь? — удивился парень, и его брови подпрыгнули вверх.
Я покачала головой.
— Самая грандиозная гулянка года! — воодушевился блондин.
— Одно из важнейших стихийных торжеств. Вообще их два: Луны и Солнца. Первый принадлежит водникам и воздушникам, а второй — магам земли и огня. Но на самом деле разделения фактически нет, все население отмечает оба дня. Люди не спят ночь, некоторые отправляются в лес играть в прятки. В городе, кстати, целые отряды собирают. Только прятки необычные — девушки убегают от парней. Если догонят — целуют и приглашают на ночую прогулку. На самом деле это довольно романтичный праздник.
— Ага, и еще куча доморощенных мероприятий. Танцы, игры, специальная одежда, фейерверки. Люди много пьют и… — На лице встрявшего в разговор Альбера появилась кривая ухмылка, он глянул на меня. — Считается, что, если эту ночь возлюбленные проведут вместе, стихии благословят их и любовь будет длиться вечно. Бред, конечно, но многие верят. Особенно девушки. А это прекрасная возможность.
— Понятно. Другого я от тебя и не ожидала. — Я осуждающе покачала головой.
Вообще рассказанное звучало довольно весело, но вот гулянья в темное время суток? Сомневаюсь, что сунусь на улицы столицы, когда в округе бродит маньяк.
С другого краю тренировочной площадки раздались крики. И я застала тот момент, когда Лея хваталась за рукав Розенталя, а он раздраженно пытался отцепить ее ладонь. Это выглядело бы смешно, если бы не так ужасно.
Тренер Бром, сидевший на одной из трибун, отвлекся от своих записей и стал орать на парочку за шум. И все это представление разворачивалось на глазах у десятка людей, но лишь у меня от случившегося скандала горела кожа, а в некоторых местах она даже чесалась от боли.
Либо Александр решил меня испепелить живьем, либо он был на грани того, чтобы сжечь невесту.
— Я отойду, — пробормотала Мартину. — Не могу на это смотреть.
Водник понимающе кивнул. А вот Альбер лишился своей язвительности — смотрел на поле, сжав губы в тонкую линию. Выражение его лица отпечаталось в памяти, побуждая подозрения.
