Я усмехнулась — видимо, и местным студентам была не чужда привычка маяться ерундой на занятиях. Собрав и вернув на место записи, я собралась было вернуться к занятиям, но мой взгляд задержался на перевернутой фотокарточке.
??????????????????????????Внешне она была очень похожа на снимки из фотоаппаратов мгновенной печати. Думаю, местные гении подсмотрели эту идею на Земле, но вот основа выполнялась из тонко раскатанного металла и глянцевой бумаги поверху, созданной из волокна стихийного растения. От этого картинка получалась очень яркой, магической, и пусть изображение не шевелилось, как в «Гарри Поттере», оно имело свою изюминку — передавало эмоции людей, которые те испытывали во время запечатления момента.
Помедлив, я взяла в руки снимок. Перевернула, будто заглядывая в чужую жизнь.
Компания подростков: Вацлав, Мартин, Александр, Альбер, Лея и незнакомая мне девушка с иссиня-черными волосами, дерзкой улыбкой и смешливым взглядом. На вид им было не больше шестнадцати. Неизвестная мне стихийница казалась старше невесты Розенталя, но, судя по тому, что магички обнимались, они были подругами.
Я не видела ее в академии… По крайней мере рядом с Розенталем точно.
От изображения шла теплая энергия веселья. Теперь, когда я увидела этот снимок, мне стало не по себе, и я ощутила странную тоску. У меня была плохая привычка цепляться за прошлое, долго думать о нем. И вот увиденное заставило гадать: что же принуждает людей воевать? Некогда друзья, в настоящее время они стали почти врагами.
Я положила фотокарточку на место и вернулась к столу.
Пора заняться делом. Задание магистра Мирит само себя не выполнит.
«Читать не сложно», — успокоила саму себя, хотя выданный мне том выглядел очень увесисто.
Мне тяжело было сосредоточиться, ведь одновременно с мыслями об убийце, разгуливавшем по городу, отвлекала перспектива скорого наказания. Преподаватель, на занятии которого я выпала из окна, передал мне послание вчера днем. Он говорил не убивать вурдалака, а я ослушалась, и теперь за это следовало поплатиться.
Разве это нормально — оставлять студентов на растерзание магической сущности, а потом возмущаться тем, что его случайно прикончили? Ладно, пусть не случайно, но оно стоило того.
Черт! Что за несправедливость?!
Я сжала ладонь в кулак. Карандаш, которым я делала пометки в тетради, скрипнул. Мой поступок был безрассудным, но смелым. Я даже гордилась. Хотя теперь, стоило выглянуть на балкон своей спальни, как внутренности скручивались в тугой узел.
