Академия магии. Том 2

— Ты забыла упомянуть о волках, — сказал я и порадовался, что оставил Космоса в столице. Уж он-то терпеть голод совсем не умел и начинал изводить всех, лишь бы его покормили.

И только я подумал о проблеме, которая могла бы возникнуть, как её озвучила Хрущёва.

— С этим и этим, — снова достала она иглы, и указала на меч Матвеева, — мне будет очень сложно, если встречу магического зверя. Ты сам должен понимать, что вероятность встретить их в безлюдных горах в разы выше.

— Ты предлагаешь идти вместе? — спросил я.

— Да, — ответила она.

— Аяна, я с тобой полностью согласен. Нужно будет только за собой прикрыть дверь, — сказал я поднимаясь. И прежде чем выйти я влил целительной энергии в Матвеева.

Когда Егор открыл глаза, я сообщил ему, что мы пошли на охоту. И что, хоть мы забаррикадируем за собой вход в пещеру, он должен быть начеку.

Через три часа мы возвращались назад с тремя довольно крупными кроликами. Выследить их было легко. Всё-таки видеть на многие сотни метров ауры животных было очень полезным навыком. По пути мы видели оленя, но решили не охотиться на него.

И дело было не в нежелании потом его тащить на себе. А том, что зверь был одарен стихией воды. А в горах, покрытых снегом, тот мог стать грозным противником. К тому же мы тогда уже шли по следам зайца.

— Тсс, — послышался голос Аяны.

Я кивнул, после чего присел, стараясь чтобы свет от звезд нас не выдал. На наше счастье ветер шёл со стороны хищников, и те не могли нас учуять. Просидев минут пять, мы двинулись дальше.

— Обратил внимание на их вожака? — спросила Аяна.

— Да, и очень рад, что он нас не заметил. Никак не ожидал увидеть волка, имеющего ранг старший мастер!

— И не говори, — произнесла Аяна. — Последний раз я так испугалась, когда сражалась против Зеса в окружении твоего отца и Орлова.

— Мои знания касательно магических зверей крайне малы. Однако, когда мы выберемся отсюда, я обязательно исправлю это упущение.

— Как и я, — произнесла Хрущёва.

Ещё минут через сорок мы вернулись назад. Отворив туннель от глыбы льда, которую я создал перед нашим уходом, мы увидели бодрствующего Матвеева. Он сразу увидел зайцев у нас в руках и у меня создалось такое впечатление, что он готов съесть их сырыми.