— Эльза! Он же наш преподаватель! — перебил подругу объект потенциального обожания Мастера, — и мы даже не уверенны точно. Это пока только твои безумные догадки!
— Но это наш единственный шанс! Возможно, он даже согласится нам помочь в остальном…
— В чём именно? В ловле и обривании милорда Раймонда? В потрошении хвоста моего дяди? В выбивании зубов принцу? Нам во многом помощь нужна.
— Не думаю, что он согласится. Скорее всего, он сейчас слишком зол на нас из-за Луиджи. И вы забыли про главное правило Элиссандры.
Никакой посторонней помощи при отработке наказания, — Беата устало потёрла глаза, — и вообще, сейчас нам лучше лечь спать. Мы слишком устали. Вернёмся к этому вопросу завтра после занятий.
— Хорошая мысль, — поддержала подругу Эльза, — к тому же, нам всё ещё необходимо решить, как отомстить Его Высочеству.
ГЛАВА 4: Проблемы расцветают поутру
Не ведающее жалости и пощады утро приветствовало девушек болью в мышцах, мерзким настроением и чувством пугающей безысходности.
Ша`йя активно мстила за вчерашнюю ссору, желудок мстил за ночной жор, коалиция Великого эликсира мужской силы и не менее Великой энциклопедии зельеварения мстила за нарушение Кодекса Академии.
Утро мстило за всё сразу.
С трудом приведя свои бренные тела в приличествующий ириям вид, девушки поползли на занятия по Танцу с мечами.
— Я надеюсь, что Мастер Рейнгарс проявит великодушие и милосердие — Эльза заметно хромала и держалась за спину.
Ей, Лесли и Аманде сильнее всего досталось от озверевшей ша`йя.
Беатриса и Иримэ, не участвовавшие в дуэли, чувствовали себя немного бодрее. Хотя магический откат настиг и их.
— Если он решит нас проучить и даст двойную нагрузку — это будет быстрая смерть, — прошипела Лесли.
— Я ненавижу мужчин, ненавижу принцев, ненавижу блондинов, ненавижу блондинистых мужчин, ненавижу блондинистых принцев, — попадись сейчас Эльзе Луиджи, за жизнь Его Высочества никто не дал бы и горсть придорожной грязи.
— Какая жалость, что эти благие и здравые настроения не посетили вас вчера вечером, — ядовито прошипел Мастер Клинка.
Девушки обернулись на голос преподавателя и, вздрогнув, дружно сделали шаг назад.
Аббас Рейнгарс был зол.
Очень зол.
Очень-очень зол…
Настолько зол, что впервые за всё время работы в Академии предстал перед ученицами в истинной форме. И теперь, вместо смуглого статного красавца, коим был Мастер в своём обычном состоянии, из тьмы медленно появлялось древнее чудовище.
