А если разделить «Узы крови», то после обряда вы все станете лишь немного слабее.
— И это позволит убрать тэйвалл? — уточнила Беатриса.
— Мы не знаем наверняка, — Мастер Ренгарс устало покачал головой и потушил недокуренную сигариллу, — и мы не можем просить вас поделиться силой, но сейчас это единственный шанс. В противном случае Ингвард скоро умрёт. В этой форме корни проклятья разрастаются намного быстрее, чем в человеческом обличье.
— Тэйвалл, созданный Аргварром — это печать раскаяния, а ключом к снятию настоящей печати было прощение, дарованное Алорией, — Лориан вытерла бегущие по щекам слёзы и обернулась к Лесли, — Ингвард звал тебя и ты единственная, кого он узнал.
Несмотря на то, что этот тэйвалл изменён Тёмными, мы считаем, что «Узы крови» могут разрушить его. Ведь сердце печати всё равно осталось тоже, что и в плетении Аргварра, а значит и снять его может только истинная.
— К тому же когда ты пришла, ему стало немного легче, — осторожно добавил Маркус, с надеждой глядя на ирию.
— Мы согласны, — ответили Мечтательницы, — когда начнём?
— «Узы» накладываются в два этапа, — Мастер Рейнгарс облегчённо выдохнул и слабо улыбнулся, — первый мы проведём сейчас. Но для второго придётся спускаться в подземелья Тинтары.
— Но зачем? — удивлённо воскликнула Беата.
— Алтарь Девяти Богов находится на тридцать пятом уровне. Это опасно, но без риска разрыва завесы ритуалы на крови можно проводить только там, — Хуан вздохнул и выжидающе посмотрел на Мечтательниц, — вы готовы рискнуть?
— Да, — не колеблясь ни секунды, ответили ирии.
— Тогда сейчас проведём первую часть, а вечером отправимся в подземелья, — генерал на мгновенье задумался и добавил, — а если всё получится, на обратном пути заодно спасём гномов.
— Гномов?
— Да, мы забыли вам сказать, Тайгар похитил Трорина и его племянников, думая, что это вы.
* * * Великая ПаутинаТьма обволакивала, просачивалась под кожу, освобождала от боли и разрывающего на части чувства пустоты и одиночества.
Тьма спасала от сковывающего холода.
Тьма дарила покой и умиротворение.
— Подойди ближе, Воин, — бархатный голос, тёплый и нежный, словно летняя ночь, и сладкий запах ночных фиалок, — иди на свет звёзд, что освещали твой путь."
"Ингвард посмотрел вверх, туда, где должно было быть небо, но увидел лишь тьму.
Его звёзды мертвы, как и он сам. Он всё потерял. Проиграл. Подвёл товарищей. Не успел признаться Лесли в любви.
