— Он поступил отвратительно, — согласилась Беата, — но нам придётся действовать осторожно. Мы не можем рисковать, что ему мешает отменить указ Диего Эрмахо и похитить тебя?
— Думаешь, он способен на такое? — обеспокоенно протянула Лесли.
Ей, как чистокровной драконице было особенно тяжело обсуждать эту тему. Споры по поводу этичности использования брачных артефактов не утихали уже более тысячи лет. И единого мнения по этому поводу не было. Южные кланы, к которым относился род ди`эр Ривейра были ярыми противниками применения магии Хрустального Источника без предварительного согласия пары.
Однако остальные драконы и большинство кланов оборотней не считали использование артефактов насилием над личностью.
— Лес, его поступок сейчас мало отличается от попытки Луиджи опоить нас зельем, но ты же знаешь, что от момента обретения пары и до проведения обряда единения драконы и оборотни неспособны трезво мыслить, — Беата вздохнула и покачала головой, — я не оправдываю его, но и не берусь судить, насколько его действия были продиктованы влиянием магии.
— Я верю, что Хуан не стал бы называть лучшим другом подлеца, — угрюмо прошептала Лесли."
"— Почему он не попытался всё сделать нормально? Не начал с обычных ухаживаний? — Эльза раздражённо отодвинула блюдо и откинулась на спинку стула, — зачем было так поступать? Неужели ему совсем плевать на мои чувства?
— Эльза, милая, — Беата осторожно взяла девушку за руку, пытаясь успокоить, — мы что-нибудь обязательно придумаем. Без твоего согласия тебя никто не отдаст под венец.
Но и провоцировать его сейчас нельзя. Мало ли, на что он способен в таком одурманенном состоянии.
— Для начала нам придётся объяснить всё Элиссандре. Уверена, если она узнает про обман, она примет нашу сторону, — увидев, что Эльза собирается возразить, Иримэ продолжила, — мы слишком сильно влипли, мы не справимся сами. Во время обучения в Академии ректор считается официальным опекуном, без её согласия помолвка невозможна. Но ты должна будешь продолжать подыгрывать ему, чтобы не спровоцировать на похищение.
— Я не хочу такой связи! — воскликнула девушка, — а ведь я могла бы полюбить его, сделай он всё по-другому. Красивый, галантный, начни он ухаживать за мной, дай немного времени, я бы добровольно согласилась на обряд. Я ведь не чудовище, понимаю, чем это чревато!
В глобальном смысле, при односторонней связи особого выбора не было. Если девушка не соглашалась на обряд единения, её пара сходила с ума, постепенно слабела и умирала.
