Тот же самый герб, что на перстне её настоящего отца… Ошибки быть не могло, это он! Прочесть текст не получилось, за прошедшие века язык Ривары очень изменился, и декан с мольбой посмотрела на книжного лекаря.
— Тут говорится, — ответил он, поняв её желание, — о том времени, когда высшие маги только пришли в наши земли. Их родной мир погиб, и выжившие вынуждены были искать пристанище в иных мирах. Так они попали в Ривару. Это гербы родов тех самых переселенцев.
Нэл молчала, не в силах осознать то, что услышала… Её отец принадлежал к роду, пришедшему из иного мира?
— Быть этого не может… — ошеломлённо произнесла она, трепетно касаясь пальцами рисунка.
— А может, он где-то купил или нашёл это кольцо? Может оно вовсе и не принадлежало его семье?
— Кто он? — подал голос студент, с беспокойством следящий за женщиной. Она выглядела потрясённой и слегка напуганной. Ответа не последовало.
Нэл действительно было страшно и она не могла объяснить природу этого страха. Почему-то очень хотелось, чтобы всё было именно так банально — купил, и дело с концом! Не нужна ей принадлежность к какому-то там знатному и древнему роду пришельцев!
— Этот герб принадлежал роду Ланди, — голос Юту вывел декана из задумчивости.
— Принадлежал? — растерянно повторила она.
— Да, — Юту виновато вздохнул, ему не нравилось сообщать неприятные новости такой милой даме, а он уже понял, что эти поиски для неё нечто очень личное. — Род считается прерванным. Последний Ланди умер около века назад, не оставив наследников.
Нэлис выдохнула с явным облегчением, подумав: “Около века назад… Отец не мог быть потомком того Ланди! Перстень не семейная реликвия!” Но в тоже время грусть накатила волной. Ведь это была единственная возможность узнать историю её родителей. Теперь она никогда не сумеет найти виновников их гибели. Нэл тяжело вздохнула. Но Юту продолжил:
— На севере королевства остался родовой замок, сейчас, вероятно, уже только развалины. Не знаю, имеет ли это какое-то значение, — он сочувственно смотрел на женщину.
Эмоции на лице преподавательницы сменялись, как рисунок облаков в ветренный день.
— Спасибо вам огромное, Юту! — декан с чувством поблагодарила лекаря. — Вы не представляете, как помогли! Сами мы не нашли бы ничегошеньки, я у вас в долгу.
Она кивнула на прощанье и ушла, было очевидно, что ей необходимо обдумать новости в одиночестве.
— Хорошая женщина, искренняя, чистая, — задумчиво пробормотал лекарь, — таким трудно живётся.
