Ревность больно кольнула парня в самое сердце, он уже готов был развернуться и уйти, но что-то заставило внимательнее приглядеться к женщине. Вроде всё, как всегда, она снова была жизнерадостной и энергичной, только что-то в её глазах смущало. Взгляд стал тусклым, без огня, который Тано так любил…
В тот момент, когда мужчина поцеловал руку декана, Дэлк развернулся, и почти бегом бросился прочь, не желая на это смотреть! Кто такой этот хлыщ, чтобы прикасаться к ней? Парню было нестерпимо больно, но вдруг всё исчезло… Он встал, как вкопанный, и перед глазами возникло видение — мужчина целует госпожу Воярр, но глаза её отрешённые, пустые, словно от прежней женщины осталась только безвольная оболочка.
Видение, чёткое, пугающее и отвратительное, исчезло, но парень был уверен, что декану грозит какая-то опасность, причём очень скоро! Тано застыл, нужно как-то предупредить женщину, но как о таком расскажешь? Да и что именно ей угрожает, из видения не ясно. Что он мог сказать?
На душе было мерзко, ужасно знать что-то, и не иметь возможности изменить ситуацию! Дэлк решил не спускать глаз с декана, если понадобится, он будет спать у неё под дверью, но в обиду не даст! С этими мыслями Тано повернул обратно к столовой, однако не успел пройти и пары шагов, как с соседней дорожки ему навстречу вышел сыщик.
Они едва не столкнулись, и Тано снова погрузился в транс. На сей раз видение было коротким, но вполне определённым. Сыщик стоял между деканом и незнакомым преподавателем, и в её глаза медленно возвращалась жизнь.
Студент очнулся, и наткнулся на вопросительный взгляд следователя. Они несколько секунд смотрели друг на друга, а затем, Тано, повинуясь какому-то интуитивному порыву, выпалил:
— Декану Воярр грозит опасность! Это случится совсем скоро, у меня было видение, я знаю, что времени нет, нужно что-то делать! Она сейчас в общей столовой с каким-то преподавателем…
— Почему ты говоришь об этом мне, а Дэлк? — перебил Дайни, и удивлённо поднял брови.
— Вероятно, тебе нужно обратиться к охране академии, или, возможно, к ректору. Сказать самой госпоже Воярр, в конце концов!
Говорил, а сердце сжималось от какого-то нехорошего предчувствия и от злости на самого себя. Ей, что-то угрожает, а он баюкает свою раненую гордость!
— Я видел и вас, вы можете это предотвратить!..
