Каменная поверхность оказалась не ровной, а будто покрытой мелкими частыми буграми.
Следом за остальными халцедонами мы расселись — все четверо рядом, как и хотел Киган, — и принялись скользить пальцами по полукруглым неровностям. Занятие увлекло настолько, что мы пропустили не только появление магистра, но и его тихий смех. Лишь когда из каждого бугорка вдруг кольнуло иглой, мы дружно ойкнули и отняли кровоточащие пальцы от столешниц.
— Сколько лет преподаю, — протянул артиэлл, обводя нас взглядом, — не перестаю наслаждаться наивностью первогодков.
И неважно, какой камень заключен в их кольцах, обязательно кто-нибудь да поддастся искушению новых ощущений.
Все присутствующие лернаты пристыженно глядели на мужчину в черном костюме-тройке. Дорогая вышивка обсидианово-темными нитями, шейный платок полуночно-синего цвета, начищенные до блеска туфли. Артиэлл не походил на умудренного знаниями магистра — скорее на столичного щеголя, едва-едва перешагнувшего сорокалетний рубеж.
— Меня зовут артиэлл Лестер Кейн, и я, как вы догадались, магистр сангрологии.
Таинство взывания к крови, способность влиять на нее — одно из первых знаний, которым Полуночная Матерь одарила своих детей. Беспечность в этом вопросе недопустима, — Кейн выразительно посмотрел на столешницы, скрывшие иглы с каплями нашей крови.
— Но магистр! — возмутилась Айлора. — В стенах академии мы не ждали опасности!
— И в этом ваша главная ошибка, лерната. Вы должны быть готовы всегда и ко всему. Например, к этому…
Серые глаза прищурились.
Лестер Кейн вытянул руку к напряженно застывшей Айлоре, замер на три секунды и сделал резкое движение, будто поворачивая круглую дверную ручку. Пронзительный визг ударил по ушам. Айлора принялась хватать себя за предплечья в бесплодных попытках остановить расползающиеся от пальцев черные лепестки Кровавой Ночи — проклятия второго уровня.
— В академии запрещено применять силу выше четвертого уровня! — испуганно выкрикнул Киган.
Он не смотрел на магистра — только на Айлору, — потому не заметил опасного блеска в глазах артиэлла.
— Запрещено для лернатов, — сухо поправил он и резко провернул невидимую дверную ручку в обратную сторону.
Черные лепестки замерли. Их кончики уже выглядывали из круглого выреза платья. Если бы они поднялись еще выше и дошли до лба, Айлора бы умерла.
Все молчали, с опаской поглядывая на Кейна, который, казалось, искренне забавлялся происходящим.
— Кровь, лернаты, самое ценное и самое уязвимое, что у нас есть.
