«Тогда какого черта происходит?!»
Как бы не пытался отрицать, но меня терзала жажда, я хотел обладать ее телом. Ласкать нежную кожу и сминать пухлые губы, которые она недовольно поджимала, смотря на меня. Я полночи ловил во сне эту неугомонную, пытаясь зажать в укромном уголке, что вообще на меня не похоже. И вот когда это все же произошло, а между нашими губами оставалось совсем немного, то над ухом заголосил Сал, вереща, что мы проспали!
— Салдер, — кинул на друга взгляд, — забери Дионику и проводи ее на лекции.
Попроси девушку, чтобы она предупредила магистра, что Мелисса задерживается…
— Чего?! — возмутилась эта строптивица. — Вот еще! Нельзя пропускать занятия!
— А морду с колена расшибать в кровь посреди столовой можно?! — зашипел я, молниеносно подскакивая к нахохлившейся девушке и, схватив ее за запястье, потащил по коридору, не обращая внимания на упирания.
Я всеми силами удерживал себя от того, чтобы вернуться в обеденную залу и разнести там все к чертям. Странно, но впервые в жизни я ощутил своего дракона под кожей, который ревел, требуя отмщения.
Его, как и меня, чертовски сильно разозлило происходящее в столовой. Я, конечно, знал, что многие адепты то еще Г, но что настолько…
Уже на подходе к комнате питания, я ощутил что-то неладное. Впрочем, Салдер тоже насторожился, бросая на меня тревожные взгляды. В воздухе витали запахи ярости, высокомерия и страха.
Не думая перешел на бег, тут же отшвыривая в сторону одного из артефакторов, который отлетел назад, шмякаясь на задницу.
В голове почему-то всплыли образы Мелиссы и того, как ей причиняют боль, но увиденное заставило замереть, хотя ярость отступать так и не желала.
Эта неугомонная замахнулась коленом и со всей дури впечатала его в морду кряхтящего очкарика, который позавчера уже успел познакомиться с моим кулаком.
Эмоции захлестнули с головой. Восхищение, желание защитить эту выскочку, схватить, взвалить ее себе на плечо и утащить подальше от пристальных глаз.
Ко всему вышеперечисленному присоединились ярость, за то, что она так легкомысленно всем продемонстрировала свои умения и беспокойство, ведь и дураку было понятно, что Мелисса и за год не смогла бы научиться такому.
— Да отпусти! — возмущалась моя головная боль, пытаясь вырвать руку из цепкого захвата.
— Понятно! Сама, значит, идти ты не хочешь! — рыкнул я злобно, пытаясь совладать со своими эмоциями, которые разрывали меня изнутри.
