Вы только отойдите там подальше. А лучше спрячьтесь куда-нибудь.
Терпеть не могу, когда говорят «все будет хорошо». Самая отвратительная фраза, от которой нервы — словно через мясорубку пропустили.
От слепящих огней в его взгляде хотелось прикрыть глаза. Одежда тлела и опадала, как бывало однажды. Налившиеся пламенем узоры на теле казались трещинами в склонах вулкана, что вот-вот готовится взорваться кипящей лавой.
На негнущихся ногах я кое-как побрела к выходу, смаргивая подступающие слезы.
Хорошо.
Все непременно будет хорошо. Должны же эти дурацкие слова хоть когда-то работать.
Огненному магу не может повредить огонь. А значит…
Мне просто нужно его дождаться.
Глава 57"
"Первое, что бросилось мне в глаза при выходе — это встревоженное и бледное лицо Леди Ректор. А потом взгляд мой проскользил мимо, и я отметила почти с равнодушием, что и Ее величество здесь, и даже королевская стража, что ее сопровождала… Кажется, провожающие обошли лабиринт и ожидали появления победителей.
Но не так все должно было быть. Не так.
Спину обожгло раскаленным воздухом, и я резко обернулась. Да, все, как я и думала — кое-кто попытался незаметно отворить дверь и прошмыгнуть мимо.
— Ваше величество, прикажите страже схватить Эвана Рока! — вскричала я, совершенно невежливым образом указывая пальцем на парня, лицо которого аж перекосило. — Пожалуйста! Я потом все объясню!
Добрые голубые глаза Николь расширились от удивления, она колебалась недолго, а потом кивком дала приказ гвардейцам.
Эван как-то съежился, втянул голову в плечи и стал казаться еще меньше, когда двое рослых усачей в кирасах и с алебардами наперевес взяли его на караул с двух сторон.
— А теперь, дитя мое, объяснись! — встревоженно велела Ее величество.
Я принялась рассказывать — скупо, коротко, перепрыгивая с одного на другое, боясь не успеть дойти до главного, потому что чувствовала, как копится предгрозовое напряжение в помещении за дверью, как расходятся волнами беззвучного грома вибрации вскипающих энергий.
Запахло жженой пылью.
Наконец, я дошла до самого главного — и королева пораженно уставилась на хрупкую Риту, которая как ни в чем не бывало гладила Тушкана по светящейся шерсти у высокого стрельчатого окна.
Я остановилась, переводя дух. Мне вдруг стало все равно на условности, на этикет, на воспитание… не до того, когда только что вырвался из душных объятий смерти. Да и посторонних здесь практически не было.
