Академия Ранмарн

Я не могла его ненавидеть, но у меня не осталось к нему родственных чувств и уважения — ты больше не член моей семьи, Ранандан Ашедо!

Устало приняла омовения и легла спать, невольно сжавшись в позу эмбриона, — счастливы неведающие!

* * *Не знаю, как я уснула, помню, что снился мне тот самый сказочный сон, в котором я бежала по траве, и не было никаких дорожек… совсем никаких. Только деревья и реки… реки текли правильно и все в одном направлении, как наши водоканалы, а по берегам росли деревья, все одинаковые. И я копала яму сеором, было тяжело, и яма очень медленно увеличивалась, а земля оказалась серой, как бетон.

И вдруг прозвучала сирена… И тут же поверх рек и деревьев легли белые дорожки, а по ним побежали люди… Глупо улыбающиеся, слепо верующие, на что-то надеющиеся таларийцы…

— Эля, Эль, бежим, пора уже! — Олини трясла меня за плечо, одетая в форму для физических упражнений."

"Устало поднялась, стараясь не думать о том, сколько же я спала. Сегодня был второй день отдыха, но только первый выходной мы отдыхали, а второй уже являлся днем подготовки к трудовой ган, состоящей из восьми оборотов Талары.

Кое-как встала, переоделась и, умывшись, выбежала на улицу вслед за сестричкой.

Обычно на площади занималась только молодежь, все после пятидесяти делали упражнения дома, под трансляцию на передатчики, но в выходные дни было много и пожилых, которые, словно желая вспомнить молодые годы, старались бежать наравне со всеми. И они бежали, радостно улыбаясь и слепо веря… Во что?

Я остановилась.

Просто замерла, не в силах продолжать этот стремительный каждодневный бег по белым дорожкам… Мимо меня, иной раз больно задевая, но чаще раздраженно взирая, бежали таларийцы, молодые и старые… И все улыбались… И все были счастливы… или казались такими. А я стояла, не в силах улыбнуться и позволить людскому потоку увлечь себя вперед…

— Эля, — крик Олини заставил сбросить странное оцепенение, — догоняй!

Подбегая к Олини и Рану, заметила неподалеку Шена и, не обращая внимания на выразительный взгляд Рана, помчалась к нему.

Шенондар стоял, как и я кан назад, он не улыбался, не радовался новому дню, ему тоже было плохо…

— Лирель… — Шен выглядел очень бледным, под глазами залегли тени, руки дрожали.

Еще несколько оборотов Талары назад он был центром моей вселенной, он был моим будущим, моим партнером по отношениям и моим другом. Единственным, кроме мамы, с которым я могла говорить, не прикрывая рот ладонью от страха быть неверно понятой.