Академия Ранмарн

Копия контракта есть у твоих родителей, твоей обязанностью было прочитать.

Мне стало совсем страшно, потому что я боялась того, что он скажет в следующий миг. Киен, чуть склонив голову, внимательно меня разглядывал, словно видел впервые, затем задумчиво произнес:

— Эля, сладенькая, ты на меня злишься?

Я тебя боюсь, Киен. До ужаса, до крика, до безудержного желания бежать… И я не могу поверить в то, что всю жизнь ты будешь моим спутником… А вслух произнесла:

— Нет, я не злюсь…

Он улыбнулся шире, совершенно довольный моей реакцией:.

— И ты понимаешь, что я прав?

То, что ты вправе, я знаю. Но за что мне все это, осознать не могу…

— Да, понимаю.

Он с улыбкой встал, протянул мне руку, пришлось протянуть ему свою, подняться, вытерпеть долгий нежный поцелуй.

— Идем, вымою тебя, — прошептал Киен, — пахнешь этим вашим озером, а не моей сладенькой Эль.

Только сейчас рассмотрела комнату. Здесь все из дерева — на Таларе даже статуэтки из него стоят очень дорого… Деревянный пол, деревянные старинные шкафы, даже кровать из дерева.

И дерево здесь разное — темное, почти черное, красивого красноватого оттенка, светло-желтое на оконных рамах, под этот цвет часто делают шкафы из пластика. На окнах белоснежные занавеси, подрагивающие от ветра… В комнате только кровать, два невысоких шкафчика и маленький столик, на котором стоит ваза с цветами. Два окна, через которые виден сосновый лес…

— Это заповедный Тирамерийский лес. — Киен подвел меня к окну, обнял сзади.

 — Мы в доме моих родителей, но у нас дом будет больше. Тебе нравится?

— Да…

— Я рад. Тебе придется жить здесь в то время, когда я буду находиться на Таларе, а в остальное время со мной на JE-нкоре.

— Это после заключения союза? — уточнила я, боясь что-либо спрашивать.

Тихий смех, и его руки начали развязывать пояс на платье.

— Это сейчас, Эля. Ты нарушила пункт договора, следовательно, пункт о добрачных супружеских отношениях переходит в пробный брак. Домой, Эля, ты не вернешься… если у меня ничего не изменится.

И все было сказано таким будничным тоном, словно он говорил о погоде за окном, а не о том, как лишает меня всего…

— Эля, — Киен снял мое платье, и оно зеленым пятном опало на пол, — я не хочу быть жестоким, но твое поведение… Твое общение с этим Шеном недопустимо! Пойми! Эля, я хочу улетать на задания, зная, что та, которую я люблю, не попадет в ситуации, из которых может живой не выбраться.