Академия Ранмарн

Ты ведь уже принимала ванну… с Киеном, да?

Покраснела так, что ощутила, как пылает лицо… даже думать не хотела, что об этом кто-то может знать… И страшно представить, что это могли услышать.

— Эля, — быть тактичной маноре Шао не пожелала, так напомнив мне этим Винен Иронто, — ты смущаешься? В отношениях между мужчиной и женщиной нет ничего предосудительного, Эля, но если ты хочешь поговорить об этом, я…

— Нет, — знающим перебивать собеседника дозволялось, — нет, спасибо. Я бесконечно благодарна за заботу, маноре Шао, но сейчас… не время для разговоров, согласитесь.

— Согласна, — с улыбкой ответила эта странная женщина. — Идем, пока слуги соберут вещи, я помогу тебе искупаться.

Но я не пошла следом за маноре Шао, пытаясь понять — я буду одна в ванне или?… Судя по поведению спутницы ведущего, это было «или». Пройдя в комнату, я с удивлением остановилась, потому что присутствующие там две женщины и мужчина склонились при моем появлении.

— Эля, — поторопила меня мать Киена, — я жду тебя, хате взяла.

Пришлось пойти следом, не понимая, зачем вообще нужна ванна, и… и тут я вспомнила — обряд. Ведущие же соблюдают традиции. Пришлось пройти в ванную, на этот раз отделанную под каменный грот, с округлым бурлящим бассейном в центре.

В воду, чуть зеленоватую и прозрачную, женщина в одежде служанки сыпала лепестки роз, и это вызвало у меня оцепенение. Розы! Где-то еще существовали эти древние цветы? Может, имитация? Стремительно подойдя к краю бассейна, опустилась на колени и поймала один из лепестков… нет, это была не имитация, сделанная из мыла, это действительно оказались лепестки розы…

— Тебя это удивляет? — заметив мой интерес, спросила маноре Шао.

— А вас — нет? — в свою очередь изумилась я.

И если лицом Киен походил на отца, то вот такая добрая улыбка ему явно досталась от матери, а затем маноре Шао прошептала так, словно делилась страшным секретом:

— Во внутреннем дворе, под куполом, роз много. Хочешь увидеть?

Отчетливо поняла, что со мной вновь говорят как с ребенком, видимо, маноре Шао специализировалась на младшей группе, но ничего не могла с собой поделать и выдохнула восторженное: «Да!»

— После того как искупаешься, — вернула меня к реальности мать Киена, — и вот тогда я все тебе покажу.

Я остановилась, ожидая, пока меня оставят одну. Женщина с незаметным лицом удивленно посмотрела на меня, я ответила благожелательной улыбкой, искренне не понимая, как вести себя с человеком, играющим роль древнего слуги.