Академия Ранмарн

Пришлось прервать спектакль прежде, чем эта легенда группы успела сорвать занятие: — В любом случае, инор Агейра, вы сможете наверстать упущенное со старшим знающим Атанаром, а мы будем следовать учебному плану.

Милостивый кивок, словно это он здесь командует, а не я, знающая! Ладно, потерпим."

"— Итак, вернемся к теме урока. Это был хмурый день, когда свинцовые тучи грозили разразиться не столько дождем, сколько крупинками льда, но командующий Ласвааль не отказался от планов и расположил войска клином.

 — Несколько штрихов, и на доске вспыхнул схематический план расположения войск. — Также было решено использовать лучевые войска, их поставили на подступах в ущелье.

Стол вновь вспыхнул красным, и снова это был вопрос от инора Агейра.

— Слушаю! — Я обязана быть сдержанной, но нотку раздражения себе позволила.

Подчеркнуто медленно эта белобрысая тварь поднялась, обвела взглядом класс и задала вопрос:

— Простите, маноре, но позвольте поинтересоваться, какое отношение свинцовые тучи, грозящие разразиться не столь дождем, сколько крупинками льда, имеют отношение к занятию по Карадарской битве?

Должна признаться, я всегда гордилась умением рассказывать так, чтобы обучающиеся прониклись моментом, чтобы почувствовали атмосферу, и это неизменно давало положительные результаты, так лучше запоминалось, а тут…

— Инор Агейра, — в моем голосе звучали только вежливость и учтивость, — позвольте мне вести обучение так, как я и Совет знающих считаем нужным.

Вы не относитесь к знающим, поэтому, согласитесь, ваше мнение не может являться компетентным в вопросах преподавания. На этом все, садитесь.

Этот нахал вместо того чтобы подчиниться прямому указанию, позволил себе продолжить срывать занятие:

— При всем моем уважении к вам, маноре Манире, я не высказывал мнение, я лишь задал вопрос, от ответа на который вы демонстративно ушли!

Вежливая улыбка коснулась моих губ, я позволила себе улыбнуться благосклонно и с небольшой долей превосходства — всегда срабатывало с детьми и подростками, а тут реакция была иной.

У Агейры правая бровь взметнулась вверх, улыбаться он перестал, зато в глазах промелькнуло нечто такое, что заставило мое сердце испуганно замереть.