Собака в знак поражения залаяла и чихнула.
– Скоро сможешь вернуться в свою корзиночку, моя сладкая, – ласково произнесла я, прежде чем опустить дверную ручку.
Миссис Черника тут же протиснулась мимо меня в теплую комнату.
Эланор сидела на кровати, завернувшись в одеяло с «Дневниками вампира». У нее на коленях лежала большая книга, а в ушах были наушники, музыка в которых играла так громко, что даже я отчетливо ее слышала. Естественно, Эланор слушала One Direction. Фея не заметила моего возвращения и испуганно вскинула голову, только когда я включила свет в комнате.
– Прости, не хотела тебя напугать, – извинилась я, после того как она сняла наушники.
Эланор улыбнулась мне:
– Ничего страшного. Просто зачиталась статьей.
– Статьей? О чем? – Я уселась рядом с ней на кровать и вопросительно посмотрела на подругу.
– Об умении фей ходить по снам.
Я нахмурилась:
– Мне казалось, ты все об этом знаешь.
Эланор отрицательно покачала головой. Потом кивнула. А это еще как понимать?
Похоже, она заметила мой растерянный взгляд.
– Мне тоже так казалось. Но за ночь до… – Эланор осеклась и глубоко вздохнула. – До того, как на меня напали, произошло нечто странное. Последнее, что я помню, – это как попала в чужой сон. Двое мужчин разговаривали в Зачарованном лесу. – Она потерла виски. – Каждый раз, когда пытаюсь вспомнить их лица, начинает невыносимо болеть голова. Это… такое ощущение, будто кто-то лишил меня воспоминаний о том сне. По крайней мере, какой-то их части.
– В ее голосе звучало отчаяние.
– А до этого инцидента ты помнила сон? – осторожно спросила я.
Эланор прищурилась, словно напряженно об этом думала.
– Я… думаю, да. – Она расстроенно взглянула на меня. – Я собиралась тебе о нем рассказать. После полночной дуэли.
Вздохнув, я внимательнее присмотрелась к подруге. Кажется, эта тема уже давно ее не отпускала. И темные тени под глазами подтверждали мои подозрения.
– С каких пор ты пытаешься разобраться в этом сне, Эланор? – В каждом из моих слов сквозила тревога.
"
"– С тех пор как пришла в сознание. Едва я открыла глаза, в голове засело это дырявое размытое воспоминание.
По крайней мере, это объясняет ее поведение в последние несколько недель. По ночам она беспокойно спала, а днем часто не могла ни на чем сконцентрироваться. Моя тревога за нее крепла все сильнее, к тому же монстр, который хотел ей навредить, по-прежнему был где-то там, снаружи.
