Однако, если я прямо здесь и сейчас заявлю, что желаю своего ректора, будет скандал.
Поэтому нерешительно замявшись, я все-таки закрыла глаза и попробовала сосредоточиться на главной задаче, невольно прислушиваясь к словам уже Каты:
– Теперь представь, что покидаешь свое тело и получаешь доступ к пустоте, из которой родилось начало. И лишь ниточка связывает тебя с телом и твоим сознанием. Остались лишь душа и твои эмоции.
У меня получилось. Все происходило так, как рассказывают профессора на лекциях, только вместо позитива из меня вырвался коктейль эмоций, испытанных мной за последние дни: любовь, желание, ужас, счастье, смирение… И многое, многое другое.
Чтобы планета жила, ее нужно наделить магией. В одном случае она пропитывает все, что находится на поверхности, – так рождаются магические миры. В другом – просто скрыта в недрах.
А я сейчас направляла свое детище по обоим путям развития, делая расы и животных сильными и выносливыми, а мир – красивым. Я выплеснула все чувства, которые скопились у меня за последние дни, все эмоции, которые переполняли меня.
Я осушила себя до дна, и силы созидания были практически на нуле, когда меня окликнули.
С трудом открыв глаза, я увидела, что все члены команды собрались около меня и с восхищением смотрели на шар, на котором, если присмотреться, начала развиваться жизнь.
Планету опоясывали линии силы: флора и фауна полностью заселили планету и радовали глаз, везде кипела жизнь, в каждой клеточке и песчинке.
А ведущая раса, несомненно, сделает прорыв как в технике, так и в магии.
Прекрасная и удивительная планета, невероятное и уникальное создание, моя гордость.
– Она прекрасна! – выдохнул восхищенно Леон.
– Да, совершенно потрясающая и единственная в своем роде. Тебе удалось создать шедевр, – улыбнулся Магус.
И только девочки смотрели на меня грустно и понимающе. Стерев с моего лица текущие слезы, которые я не заметила, Мирана тихо сказала:
– Но какой ценой…
Я лишь грустно улыбнулась в ответ.
* * *Оставшись одна, с обожженным сердцем, я не испытывала угрызений совести, что непреодолимо, безумно и бездумно желаю своего преподавателя. В то же время меня беспокоила мысль, что в силу своего возраста он не должен был меня волновать.
Наверное, со мной что-то не в порядке, думала я. В этом все дело. Может, наследственность, а может, отклонение.
Но сейчас я не хотела об этом думать, я подумаю об этом завтра… или послезавтра.
