И я… двинулась следом, понимая, что сейчас не время капризничать, нужно принимать руку помощи.
Крис почти сразу свернул в один из боковых коридоров, и дальше мы передвигались почти в полутьме.
— Я не спрашиваю у тебя, как ты провела эти четыре месяца, — вдруг заговорил Крис, — и не буду объяснять, как тяжело мне было тут.
Финли пьяно фыркнул:
— Да ладно, парень, ты тут был четыре месяца? Да ты счастливчик!
Крис сделал паузу. Я живо представила, как сейчас приподнимается в недовольстве краешек его губы.
Журналиста он продолжал игнорировать.
— Мари, ты сейчас в обиде, но если подумаешь, то сообразишь, ты же умная. Вопрос стоял между потерей контроля и несущественным сбросом напряжения. Эта девушка мне совершенно не нужна. Пойми, все другие варианты вели к ухудшению моего состояния… на фоне здешних эмоций.
Нас привели к винтовой, на вид — служебной лестнице вниз. Спустившись первым, Крис открыл дверь ключом, выпустил нас во двор, встретивший резким холодным вечерним воздухом. И еле-еле коснулся шкуры на моем загривке, за которую он раньше любил держаться во время лесных катаний.
Я подумала, если бы просто ЗНАЛА, возможно, поискала бы в себе силы простить. Но я ВИДЕЛА, и картина языка, двигающегося по гладкой кожице, его хриплое «Продолжай» — было невыносимым, преследующим видением.
Меня опять затрясло, и он раздул ноздри.
— Немного горя и очень много другой эмоции. Я предполагаю, это ярость, — тихо сказал Крис, — но слов своих обратно не беру. Я приеду через два месяца и постараюсь завоевать тебя снова.
— Душещипательная история! — все еще пьяно произнес Финли. — Такая трагедия из-за небольшой мужской слабости. А ты ему рассказала, что позволила мне тебя пощупать?
Крис хмыкнул, пристально посмотрел на меня и закрыл дверь изнутри.
— Вы, женщины, — уже трезвея на свежем воздухе, продолжил журналист, — все такие высокоморальные. А копни — одни двойные стандарты. Вот в замке сейчас отрываются самые приличные девушки Хакса. Этой ночью там можно поиметь любую.
Один раз в году. Вы такие же, как и мы. Весь мир наш такой.
Он развел руки и закричал в небеса:
— Все хотят секса!
И уже печально продолжил:
— Но почему в обычные дни вас нужно умолять, уламывать и заставлять? Почему я должен трахать Двуликих, когда хочу иметь нормальную человеческую девушку?
Я подталкивала его мордой, подводя к нашей карете. Кучер изумленно смотрел, как крупный кошачий хищник помогает мистеру Финли залезать внутрь.
