Акция прикрытия

Когда их окружили рослые парни из числа преданных подчиненных, оба почувствовали себя увереннее, Кремлевский двор был, как всегда, пустынен. Идеально ровный, чистый, без трещин и выщерблин асфальт напомнил Директору ФСК о затаившейся где-то сейсмической бомбе. Он поежился. Возможно, потому, что дул резкий холодный ветер.

Адъютанты синхронно распахнули дверцы одинаковых черных машин. Словно по негласному уговору, все «силовики» пользовались бронированными «мерседесами-600», Кроме специальной связи и пулеустойчивых скатов громоздкие черные монстры были оборудованы вмонтированными в багажники пулеметами и совмещенными с прицелами видеокамерами.

При необходимости откидывалась крышка замаскированного люка, и сидящий рядом с водителем охранник мог вести эффективный огонь в преследователей. До сих пор, правда, такой необходимости не возникало, Степашкин первым провалился в мягкое кожаное чрево спецавтомобиля, нажал кнопку, и толстое стекло отделило пассажиров от водителя и занявшего свое место охранника.

Гонтарь сел рядом.

Но вести серьезный разговор в машине никто не собирался.

– На объект номер семь! – приказал Директор в переговорное устройство.

Через сорок минут они оказались на одной из баз ФСК. Трехметровый бетонный забор с колючей проволокой и электрошоковой системой «Кактус», внешняя и внутренняя охрана периметра, полная уединенность и безопасность.

Два основных «силовика» пошли по узкой дорожке в пожухлой траве вдоль бетонной стены ограждения.

– Сегодня он подставил нас обоих, – начал Гонтарь.

 – Папа ткнул меня мордой в его паскудный доклад и сказал, что ты тоже облажался со всех сторон. А он один работает за всех и прикрывает наши просчеты.

Хотя имя не произносилось, уточнять Степашкин не стал, прекрасно понимая, о ком идет речь.

– То, что он делает, вообще не входит в функции главка охраны! – возмущенно вытаращил водянистые, с наглецой, глаза министр обороны. – Ладно, если бы это раскопали твои люди, мы бы всегда договорились и решили все вопросы без излишнего шума.

«Как же, как же, – саркастически подумал Степашкин.

 – Ты такой кроткий и покладистый...» – Но он влез и в твою, и в мою компетенцию! И мы не знаем, что он шепчет Папе на ухо!

– Почему же... Про меня – что я не тяну свою должность. Про тебя, очевидно, то же самое. Поговаривает об объединении всех силовых структур. Догадываешься, кто будет ими руководить?

– Да нет... Папа его от себя ни на шаг не отпустит. – В голосе Гонтаря отчетливо слышалась плохо скрытая ненависть.