Акция прикрытия

"

"Привычным движением он извлек из кобуры «маузер», разрядил, в три движения снял кожух-затвор, чуть повернув, вытряхнул на ладонь ствол, посмотрел через окно выбрасывателя на передний срез затвора. В дырочке посередине таится боек. Когда курок падает с боевого взвода, боек на миг выскакивает и жалящим ударом накалывает капсюль патрона. По крайней мере, так должно быть в исправном оружии. Просунув сзади зубочистку, Верлинов нажал на подпружиненный ударник, сдвигая его в переднее положение. Но боек не высунулся, лишь в отверстии проглянул излом металла.

«Маузер» годился только для того, чтобы забивать мелкие гвозди.

Ну что ж... Это развязывает руки. «На войне как на войне!» Он выпил стакан мартини с тоником. В возбужденном мозгу роились вопросы, ответы на них, просчитывались варианты своего и чужого поведения, рождались планы операций... Верлинов понял, что не заснет. Патентованное снотворное лежало в кармане. Заодно испытать его действие... Приготовив вторую порцию спиртного, генерал бросил в него бесцветную таблетку.

Маленький шарик превратился в мутноватое облачко, через несколько секунд оно растаяло. В красном вине, которое любит Христофор, препарат растворится незаметно.

На этот раз Верлинов пил мартини как заправский дегустатор: мелкими глотками, тщательно смакуя каждый. Посторонний вкус не ощущался. Допив, он снял часы и сел в кресло у окна, следя за минутной стрелкой. Первые признаки проявились через пять минут: мысли успокоились, тело расслабилось, он сладко зевнул и перешел на кровать, где продолжил эксперимент в горизонтальном положении.

Дремота накатывала мягкими волнами, но он видел циферблат еще десять минут и успел подумать, что переходный период надо будет сократить. Потом часы выпали из рук и ласковые волны тумана поглотили его сознание.

Тем временем приступили к действиям Иорданидис и Влакос. Несколько часов назад они заняли наблюдательный пункт на выступе скалы над виллой и через бинокль тщательно изучили обстановку. Яхты на месте не было, сторожа пьянствовали, единственным местом, куда они могли проникнуть, являлся сарай на берегу моря.

Когда сумерки сгустились и гость Григориадиса вернулся с ежевечерней пробежки, полицейский и контрразведчик направились к намеченной цели.

– Куда пошел этот пьяный? – спросил Андреас. – Как бы он нам не помешал...

– Вряд ли, – ответил Влакос. – Скорей всего, отправился за вином. Стань на повороте, увидишь его или кого-то еще – свистнешь.