Акция прикрытия

И если объектами ее становятся отпетые негодяи, то она объективно полезна.

– Я хочу покататься по морю, – прожевывая очередной кусок, сказал ликвидатор. – Мне нужен мощный катер.

– Катер арендован и ждет у причала.

Военный атташе встал.

– Здесь вас никто не побеспокоит. В случае необходимости звоните.

В посольство Коровников вернулся в состоянии крайнего раздражения. Но, пройдя вестибюль, он наткнулся на тонкую женскую фигуру в тугом платье, едва прикрывающем лобок.

– Где ты ходишь, противный! – чувственно проворковала она.

Он шарахнулся в сторону, лихорадочно осматриваясь по сторонам. Никого. Исходящая от Леночки волна необузданного желания переключила регулятор настроения.

– Жди за углом, у магазина, – сквозь стиснутые зубы прошептал Коровников и с невозмутимым видом прошел мимо. Быстро написав отчет о встрече нелегала, резидент отдал документ шифровальщикам и вновь покинул посольство. Подчиненные не удивились: в пиковые моменты тайных операций задействованный в разработке офицер работает круглосуточно.

Серый «опель» резидентуры на миг притормозил у универсального «шопа», и Леночка мгновенно впорхнула в кабину.

– Наконец-то! – Маленькая горячая рука накрыла ладонь майора, лежащую на рычаге переключения передач, потом привычно легла на ширинку, словно нащупывая еще один рычаг управления.

– Давай скорей на квартиру!

– Туда нельзя, – с досадой сказал Коровников. – Давай просто покатаемся.

И он, и она знали, что означает безобидное «покатаемся» – секс на природе, иногда обычный, чаще – оральный.

"– Как нельзя? Ты что, привел туда бабу?!

– При чем здесь баба? – Майор про себя ругнулся. У этих дур одно на уме! – Там поселился человек из России, я тебе говорил, что сегодня должен его встречать...

– Какая досада! – Леночка надула губки. – Я хочу ванну, постельку... Когда этот дурак уедет?

– Скоро. Через два-три дня.

– Так долго? А ты не можешь выпроводить его пораньше?

– Не могу.

– Когда приезжают по делу, идут в посольство, а не сидят на квартирах для траханья!

Коровников даже не удивился своеобразию представлений приятельницы о целевом назначении конспиративной квартиры ГРУ. Он вообще потерял способность удивляться, думать, анализировать. Умелые пальцы сноровисто копошились в брюках, отыскивая край нижнего белья.