Акция прикрытия

Григориадис испытующе взглянул на гостя. Но лицо генерала оставалось совершенно невозмутимым. Он ничего Не знал о трагической кончине слуги и ему не было необходимости притворяться.

– Вначале проникновение в сарай, потом гибель Никона... Люди считают, что кто-то притягивает к нам несчастья... Христофор зевнул и в очередной раз наполнил бокалы.

– Надеюсь, меня не подозревают в убийстве? – спросил Верлинов. Такой естественный тон трудно сымитировать даже хорошему актеру. Христофору стало стыдно.

– Выпьем за дружбу! В конце концов мы знаем друг друга столько лет.

.. Христофор зевнул еще раз.

– Что-то меня разморило. Не пойму отчего... Вроде день был не очень трудный...

– Погода... – Верлинов, в свою очередь, зевнул, причем довольно естественно. – Меня тоже клонит в сон. Наверное, меняется давление.

Григориадис откинулся на спинку дивана и закрыл глаза.

– Позови Гурия, – невнятно проговорил он. – Пусть отведет в спальню...

Через несколько минут Джентльмен крепко спал. Верлинов уложил бесчувственное тело поудобней, некоторое время посидел рядом.

Все было спокойно. Значит, пора действовать. Быстро обшарив карманы спящего, он забрал связку ключей, взял «Грюндиг» и выскользнул в коридор."

"Стараясь ступать бесшумно и вместе с тем выдерживая естественность походки, Верлинов прошел к кабинету Григориадиса, взглянул на замочную скважину и с первого раза подобрал нужный ключ. Перед тем как открыть дверь, он несколько секунд помешкал: не исключено, что здесь есть сигнализация. Но выбора не было, и, полагаясь на удачу, он рванул литую бронзовую ручку на себя.

По шее пробежали ледяные мурашки, однако ничего не произошло. Хозяин надеялся на наружную охрану и не считал нужным дополнительно защищать внутренние помещения. Тем более что он не рассчитывал на проживание под своей крышей посторонних лиц.

Заперевшись и задернув шторы, Верлинов включил свет. Обычно Христофор не работал по ночам. Если охрана заподозрит неладное... Он нащупал в кармане нож со стопорящимся клинком. Прикосновение к смертоносному металлу несколько успокоило, Верлинов осмотрелся.

Кабинет выглядел скромно, почти аскетически. Лишь толстый ковер на полу и картина на голой стене, явно скрывающая встроенный сейф, относились к предметам роскоши. На столе стоял компьютер, интересовавший генерала гораздо больше, чем сейф.

«Тошиба, 486», – определил он. Такие машины в свое время он закупил для одиннадцатого отдела. Это упрощало дело: лучше работать на знакомом аппарате.