Акция прикрытия

И даже если олух Коровников надумает заснять его скрытой камерой, его карьере это не повредит. А вот репутацию супруги военного атташе подмочит изрядно!

Джин тоже заканчивался. Леночка раскраснелась, расслабилась. Ножки чуть разошлись в стороны, и пространство между ними гипнотизирующе притягивало взгляд Плеско. Интуитивно он вдруг понял, что под платьем у нее ничего нет. Конечно, это сильно смахивало на ловушку, но кто из посольских может ловить специального агента ГРУ? Да и смотрела баба с явным, неподдельным интересом, так казенные задания не выполняют.

Плеско не был бабником и всегда славился осторожностью. Еще пять лет назад он бы выкинул эту шалаву из конспиративной квартиры, но сейчас наступили времена, когда каждый урывает от жизни все, что может, и отказываться от того, что само идет в руки, просто глупо.

– Ну и что? – грубым голосом спросил он.

Вместо ответа Леночка протянула ноги через стол и положила ему на колени. Звякнули тарелки, покатилась на пол пустая бутылка, упал и разбился стакан.

Платье задралось еще выше, открывая выбритый лобок.

«Ну и курва», – подумал Плеско, рывком сбрасывая женщину на ковер. Потом время для него остановилось."

"А капитан Сидельников, сидящий в Леночкиной машине в ста метрах от подъезда, уже устал смотреть на часы. Капитан нервничал. Сегодня утром он получил личное задание самого Коржова и немедленно вылетел в Афины. События развивались стремительно, но внезапно наступила пауза – вот уже больше двух часов он ждет возможности действовать дальше.

А ожидание не способствует бодрости духа и уверенности в успехе.

«Что они там делают столько времени? – в очередной раз спросил он сам себя. – И как она думает выкурить его наружу?» Ответить на первый вопрос, после того как он увидел Леночку, не представляло особого труда. Но вот как она заставит нелегала вопреки всем инструкциям выйти на улицу – оставалось загадкой.

После первого раза Леночка поднялась с пола, извиваясь, стащила через голову платье и, прихватив сумочку, отправилась мыться.

Ее чуть пошатывало, что с удовлетворением отметил обалдевший от африканской страсти партнерши ликвидатор.

«У бабы бешенство матки, – решил он. – Видно, перетрахала всех мужиков в посольстве и бросилась на свежака». Такое объяснение ставило все на свои места, к тому же окончательно развеивало возможные подозрения. Взбудораженный новыми ощущениями, Плеско прошел в спальню и лег на кровать.