В Афганистане он не пристрастился к спиртному или наркотикам, зато научился вырывать ногти, отрубать пальцы и отрезать уши. Фактически он взял на себя работу палача. Он не ходил в разведку, не устраивал засады на афганские караваны – он допрашивал захваченных в результате этих рейдов пленных. И никто в бригаде не мог получить от них сведения быстрее, чем сержант Сычев, простой боец из канцелярии штаба. Никаких угрызений совести или сострадания к корчащимся от боли людям ни во время допросов, ни после них Юрий не испытывал.
Такие чувства с детства были чужды ему. Сцены пыток, вид человеческого мяса и крови не отбили у Юрия аппетита, во сне его не мучили кошмары, а образы замученных людей не являлись к нему в кошмарных видениях. Он открыто посмеивался над солдатами, которые, убив своего первого афганца, начинали глушить водку или пытались забыться в наркотическом дурмане. В душе Юрий просто презирал их. Многие офицеры в бригаде считали, что Сычеву доставляет наслаждение пытать людей. Они ошибались.
Никакого удовольствия от пыток пленных Юрий не испытывал. Просто он рассудил, что работа палача, допрашивающего безоружного да еще и связанного противника, намного безопаснее работы военного разведчика, который сталкивается с тем же противником в открытом бою. Для Сычева это был способ выжить во время афганской войны, которая ему уже порядком надоела.
После демобилизации Юрий вернулся домой. Мать встретила сына с распростертыми объятиями, но он при этом только поморщился, пожалев, что опять попадает под чью-то опеку.
На этот раз прохладное отношение сына мать объяснила теми ужасами, которые ему пришлось пережить в чужой стране. Мать Юрия уже слышала про «афганский синдром», поэтому очень беспокоилась, как ее сын адаптируется к мирной жизни? Первые дни после возвращения Юрия из Афганистана мать внимательно присматривала за ним. Она убедилась, что он не злоупотребляет спиртным и совсем не прибегает к наркотикам. Для нее этого оказалось вполне достаточно, так как в душу сына мать уже не могла заглянуть.
Следствие по делу валютчиков, от которого скрывался Сычев, давно закончилось. Бывшие подельники Юрия, осужденные к различным срокам заключения, отбывали наказание в колониях, затерянных где-то в сибирской тайге. Впрочем, их судьба Сычева мало интересовала. Убедившись, что ему ничего не угрожает, он вернулся в университет. У Юрия оказалась хорошая память. Он не забыл знаний, полученных на первом курсе, и без труда продолжил учебу.
