Аккадская формула

– Рождество на носу!

– Да ничего, напиши им, скажи, что задержишься немного…

– Надо подумать… – сказал Альфред, не понимая, на кой черт ему ехать к Руфусу, который, в общем-то, и близким другом ему не был. Ехать бог весть куда, бог весть зачем, знакомиться непонятно зачем с его родителями…

– Думай. Но выезжаем сегодня после обеда, – Руфус схватил голову руками, – Ой как болит-то… – сообщил он.

– Рассолу еще выпей, – посоветовал Альфред.

Руфус кивнул и отпил из кружки.

– Так поедешь? – спросил он с какой-то странной надеждой в голосе.

– Ладно, так и быть! – почему-то согласился Альфред, – но только дня на два, не больше, идет?

– Хорошо, как скажешь, – кивнул Руфус и снова хлебнул рассолу. – Я зайду за тобой где-нибудь в час дня, так что уж ты будь готов, ладно?

– Конечно, – ответил Альфред, сам не понимая, зачем это он согласился на эту авантюру. Он одним глотком допил кофе, не без труда встал и, оставив на столе несколько монет, пошатываясь, направился к выходу.

– Так я зайду за тобой в час пополудни! – попытался крикнуть в след Руфус.

Альфред, не оборачиваясь, лишь поднял руку в знак согласия.

На улице выпал первый снег, который понемногу таял, превращаясь в сероватую ваксу. Улицы вмиг стали промозглыми и какими-то сонными, а экипажи с покидающими город студентами стали навевать странную непонятную тоску. И захотелось тоже уехать как можно скорее, хоть куда, хоть бы и к Руфусу в его имение…

Несмотря на тайные надежды Альфреда, Руфус ничего не забыл, и явился вовремя, ровно в час.

Альфред обреченно взял со стула свой чемодан, и они спустились вниз, где у крыльца поджидал извозчик.

– Этот довезет нас до первой почтовой станции, это в десяти лье отсюда, там мы пересядем на другой попутный экипаж, и к вечеру будем в гостинице «Троя», – тараторил Руфус. – А затем утром нас уже будет ждать отцовский экипаж, и я думаю, что завтра к вечеру мы доберемся.

Все, в общем, так и случилось, как предсказывал Руфус. Никаких особенных впечатлений дорога не оставила, не говоря уже о приключениях, которыми впоследствии можно было бы поражать девушек.

«Троя» оказалась мерзким местом, полным клопов и тараканов, а о еде уж, и говорить не приходится. Даже холодная телятина оказалась на редкость не съедобной, а пиво и вовсе, похоже, прокисло еще в прошлом месяце. Родительский экипаж, впрочем, оказался отменным: четверка отличных рысаков, уютная карета на очень мягком ходу, словом, эта часть пути была куда менее изнурительной.