– У меня галлюцинации или ты только что сказал, что собираешься в бар с Тиджеем?
Рид закатывает глаза:
– Я позвонил маме, она прилетит завтра. Останешься ночевать у Джессики сегодня?
Эбс сводит брови к переносице, пока я сажаю Лизи в бустер:
– Какого черта, Рид?
– Люблю тебя, малышка. – Он целует ее и ловит такси.
– Извини, детка, я не в курсе, что задумал твой муженек. Но если он решил убить меня, то я даже не буду пытаться спастись, – грустно усмехаюсь и обнимаю Эбс.
– Вы что-то приняли? – зловеще шепчет Эбби, но я ничего не отвечаю, потому что отхожу от нее и вслед за Ридом сажусь в подъехавшее такси.
Придурок рядом со мной молчит всю дорогу до бара. И это безумно напрягает. Очень надеюсь, что вот-вот мы заедем в Вест Адамс, самый жестокий район Лос-Анджелеса, где он меня убьет.
Потому что… провести с ним вечер? Увольте. Лучше сдохнуть.
Такси привозит нас к бару «Оклахома», вывеска которого тускло моргает в сумерках. Мы молча выходим из автомобиля и оказываемся в душном переулке.
На улице так тихо, что слышно, как бьется мое сердце. Наверняка это предвестник бури. Ну или смерти. Моей, естественно.
Подходим к совсем неприметному зданию из коричневого кирпича и заходим внутрь по пропуску Рида. Этот бар известен лишь в узких кругах спортсменов, брокеров и политиков, которые предпочитают не светиться. Девиз этого места – «Что произошло в Оклахоме, остается в Оклахоме». Так что, надеюсь, Рид привез меня сюда, чтобы прикончить и тут же замести следы.
Сейчас в помещении немноголюдно, и мы без проблем находим местечко за барной стойкой. Приглушенный желтый свет освещает ее янтарную столешницу, раздражая меня. Меня сейчас вообще все раздражает. Когда там я уже умру?"
"– Виски. Два, – произносит бармену Рид, усевшийся справа от меня.
– Лучше сразу бутылку «Далмора», – тут же добавляю я, стуча пальцами по глянцевой поверхности стола.
Мы сидим в полной тишине, пока бармен разливает нам «Далмор» по бокалам.
Рид берет свой бокал и залпом его опустошает, пока я просто сижу.
– Ты пить будешь? – хмурит брови придурок, с грохотом опустив бокал на стойку.
– Я жду.
– Чего?
– Когда ты мне яд подсыплешь.
Блондинчик закатывает глаза.
– Морган, просто пей, – устало выдыхает он.
Что ж, я глупец, раз думал, что он решит избавиться от меня таким простейшим способом. Тянусь к виски и следую его примеру.
