А вдруг?
- Ты бы не стал снимать фильм, если бы не надеялся на грандиозный успех. Уж я-то тебя знаю, - усмехнулась Карина. Достав платочек, она приложила его ко лбу режиссера. Клеточкин был тучен и лыс, несмотря на свои тридцать восемь лет, а в павильоне стояла нестерпимая жара. Пот струился по лицу режиссера, он тяжело дышал.
- Спасибо. Тогда молчи. И слушай. И пей пиво, пока оно не превратилось в мочу. Деньги на картину уже отпущены. Продюсер - зверь, стережет каждую копейку. Времени мало, снимать будем быстро.
В условиях, приближенных к боевым. В основном здесь, в павильоне. В Швейцарские Альпы нас никто не пустит. В общем, пан или пропал. Актеры подобраны, ты их знаешь. Оператор старый, Юра Любомудров. Что еще? Золотых гор не обещаю, но заплатят нормально и вовремя. Не как бюджетникам. С пикетом на улицу не выйдешь, гарантирую.
- Какую роль ты мне предлагаешь?
- Об этом догадаешься сама, когда прочитаешь сценарий. Ты почему пиво не пьешь?
- Разучилась.
- Надо же! - Клеточкин всплеснул руками.
- Ладно. И приводи ко мне завтра же своего мужа. Нам есть о чем с ним потолковать.
- Вряд ли он согласится. Влад тебя недолюбливает.
- Мы с ним не голубые, чтобы любить друг друга. А на съемках ""Игры в кукол"" понимали с полуслова - и я его, и он меня.
- Тогда было другое время. Сколько воды утекло! Скажи, а этот Бергер, он действительно существовал?
- Почему ты спрашиваешь? Какая разница! Если и жил, то твой кукольник должен наверняка о нем знать.
Режиссер, допивая пиво, взглянул на часы.
Он был в потертой кожаной куртке, джинсах и кепочке-бейсболке. Но весь вид какой-то неухоженный, запущенный, словно он непрерывно переезжал с места на место. Карина понимала, что пора уходить, да и тревога за Галю подгоняла её, но хотелось ещё очень о многом расспросить своего старого приятеля.
- Как ты живешь? - неуверенно произнесла она, уже понимая, что задала вопрос впустую. - Женат?
- В пятый или шестой раз, - отмахнулся Клеточкин. - Не считал. Актриса. Елкина, ты её знаешь.
- Такая лупоглазая?.
. Ой! - Карина смутилась.
- Не всматривался. Короче, жду тебя завтра к двенадцати часам.
Клеточкин встал, потянулся к ней, чтобы поцеловать на прощанье, но толстый живот помешал ему. Они рассмеялись.
- Коля, занимайся по утрам гимнастикой, - посоветовала Карина. - Иначе будешь менять жен до конца жизни.
- А мне это нравится, - отозвался он, запыхтев, словно оскорбленный еж. - Ведь ты же за меня не пошла, когда я предлагал? А я говорил серьезно.
