Потом добавила: - Может быть, я сгущаю краски, но у меня какое-то тревожное предчувствие. Поймите меня правильно.
Директор нахмурился и забарабанил по столу пальцами.
- Я знаю, о ком вы говорите, - произнес он. - Его фамилия Диналов. Герасим Диналов, седьмой класс. Вот только не представляю, будет ли он в этом году посещать школу или нет. И в прошлом-то ходил от случая к случаю. Надо было бы отчислить, но мы его перевели, потому что парень он чрезвычайно способный. Знания схватывает на лету, отменная память. Говоря откровенно, по уровню умственного развития он на голову выше своих сверстников.
При желании мог бы вообще закончить школу экстерном. Даже поступить в институт. У него особая тяга к точным наукам, но и другие учителя-предметники не жалуются: хватает пятерки по литературе, по истории. Видите ли, у Геры особый, аналитический склад ума, он умеет видеть, слушать, запоминать информацию, препарировать её, оценивать, выбирать самое главное и делать правильные выводы, как взрослый человек. Его однокашникам это пока не дано.
Они все ещё дети, а он - маленькая личность. Маленькая в смысле физического развития. На моей памяти, а я уже почти пятьдесят лет в педагогике, подобных вундеркиндов встречалось мало. С десяток, не больше. Это - как золотые зернышки, которые надо бережно выращивать. Я бы пророчил ему большое будущее, если бы... - Директор замялся.
- Если бы что? - спросила Карина. - Вы нарисовали портрет почти идеального ребенка.
- Он не ребенок. В его детском теле живет взрослый, умный, жестокий человек.
Не знаю, когда и почему он стал таким. Возможно, моя вина, школы... Что-то упустили, проглядели. Родители? Наверное, и это. Его отец повесился два года назад. Мать с отчимом пьют. Опять же улица, подвалы. Компании. А телевизор? Это же сущее окно в дьявольский мир. Вы представляете, как оно влияет на психику ребенка? Герино поколение нарочно развращают, зомбируют. Практически уничтожают будущее поколение полноценных и нормальных людей. Вот и в нем, в Диналове, что-то сломалось, треснуло.
Поломка очень серьезная, и я разделяю ваше беспокойство. Это и моя боль, поверьте. Жалко парня. Трудно что-то сделать в одиночку, когда все вокруг летит в тартарары."
"Директор тяжело вздохнул, ослабив узел галстука. Тут только Карина заметила болтающуюся на пиджаке пуговицу, пятнышко на воротнике белой рубашки, нервно подрагивающие пальцы и беспомощность, сквозившую во взгляде выцветших голубых глаз.
- Значит, надо как-то помочь ему, - мягко сказала она.
