Сталкер опасливо приподнял голову, присмотрелся сквозь заросли к все еще беснующемуся кабану, чертыхнулся. Нужен нож, а он как раз прижат к земле телом, которым Чили боялся шевельнуть, чтобы не издавать больше ни одного даже малейшего звука. Но вечно оставаться в таком положении определенно нельзя. Кто знает, что взбредет в голову находящемуся в опасной близости зверю? Вдруг он решит проверить и этот закуток?
И тут в голову пришла мысль. Мужики все смеялись – чего это он как Пушкин постоянно за ногтями следит и состригает их своевременно.
А в носу чем поковыряться? «Им бы только в носу ковыряться… А сами часто о гигиене думать забывают». Сталкер запустил руку в карман и извлек наружу щипчики для стрижки ногтей, аккуратно раскрыл, морщась, приспособил к шнурку и нажал. Растянутая от времени до состояния едва ли не нитки плетеная веревочка легко разделилась на две части. Но при этом раздался ощутимый щелчок, прогремевший в тесном углу заброшенного двора как выстрел. Чили вздрогнул, а настороженный кабан взревел и уставился в тот угол, где находился сталкер.
Пальцы выронили инструмент в траву и, вопреки голосу разума, что нужно снова затаиться, лихорадочно, на автомате, принялись дергать ослабевшую завязку ботинка. Но о том, чтобы выдернуть ногу, Чили даже боялся подумать. И не столько из-за начавшего движение зверя, сколько по причине неимоверной боли в распухшем колене. Он уже будто слышал свой дикий ор, когда начнет двигать конечностью. А помочь в лечении полученной травмы могло то самое «сердце», что висело на ветке в метре от сталкера.
Прямо патовая ситуация, как ни крути. Но Чили сейчас склонялся к тому, что трагического в создавшемся положении гораздо больше, потому что подслеповатый монстр уже обогнул вспаханный круг «мясорубки» и прямиком направился туда, откуда раздался звук, нарушивший его спокойное уединение.
Сталкер затаился. Он готов был превратиться в земляного червя или аскариду, только бы не попасться на глаза смертельно опасному мутанту.
И кабан вдруг опять замер на месте, так и не видя ничего подозрительного. Чили задержал дыхание, словно нырнул под воду, и боялся даже моргнуть. Мгновение затянулось, кислород в крови катастрофически таял, в расширяющихся глазах поплыли круги, брызнули слезы. И в этот момент со скрипом слегка пошатнулся мотоцикл, руль его сдвинулся вдоль стены, с которой отвалился изрядный кусок штукатурки, ударившийся о фару и упавший в бурьян.
