Актриса моих снов

Или какая там?

Девушка подняла свою голову, хмуро взглянув на мое лицо. Я перестала смеяться и тут до меня дошло. Надеюсь, мое лицо выражало сожаление.

— Лекс… Это очень тяжело… Я даже не знаю, как это делается… — чувствую себя Костией из своего романа.

— А что, ты хочешь, чтобы твою будущую девушку трахнул какой-то мужик?

Теперь я нахмурилась, конечно, я не хотела этого.

— Нет. Надеюсь, изменять мне моя будущая девушка не будет, — она кивнула, подтверждая. — Ладно, я что-нибудь придумаю…

Согласилась я, думая, что стоит прошерстить интернет на эту тему, ибо спрашивать у кого-то мне было стыдно.

— А если я тебе сделаю больно?

— Потерплю, — усмехнулась она.

— Смотри какая, на все есть ответы, — усмехнулась и я.

— А что, я тебе такой не нравлюсь? — допрашивала она меня, а я во избежании других вопросов ответила:

— Я люблю тебя любую, Лекса. Маленькую, хрупкую, невинную, сильную, волевую, агрессивную, издевающуюся, с сарказмом, веселую… Я любила тебя всегда, еще до нашей встречи, просто не понимала этого.

Она слушала, и я чувствовала, как вздымается ее грудная клетка и бьется о мой бок.

— Почему, Кларк? — спросила она.

— Что почему, детка? — не поняла я, и она сразу исправилась.

— Почему любишь разную? И почему не хотела принимать?

— Разную? — я засмеялась над слегка глупым вопросом, но если считать, что в ее жизни не было любви, то можно было понять. — Потому что когда любишь, любишь каждую частичку, каждую клеточку, любую из черт характера. Любишь даже чужих демонов.

А вот потом я задумалась.

— Не хотела принимать… Потому, что когда признаешься себе в этом, то начнешь терзать себя, рвать душу, ломать голову до боли, разбивать свое сердце, ревновать, каждый раз видя тебя на экране с кем-то… Когда ты кому-то улыбнулась, послала воздушный поцелуй, приобняла за талию во время селфи, станцевала с кем-то, но не со мной… Фанаты, думаю, живут по такому принципу. Но я бы не смогла так, пока бы не вырвала свою душу и тогда бы превратилась в тварь.

Лекса опять подняла голову и потянулась ко мне за поцелуем, я ответила. Ее мягкие и пухлые губки подрагивали, как будто я не отвечу. А я с силой проникла внутрь своим языком, доказывая, что не оттолкну, что все закончилось и все хорошо.

Она разорвала поцелуй и прошептала.

— Я никогда не буду терзать тебя, Кларк. Обещаю, никогда не предам.

— Давай спать, Лекс, — сказала я, выключая телевизор с помощью пульта.