Говорит с лёгким акцентом. Действительно, похож на азиата. Хотя, может, и русский. Они, если там долго жили, тоже становятся на местных похожими. Грека носатый немного, глаза тёмные, а лицо наоборот, бледное. Такое, чуть угловатое. Татуировка у него груди, церковь.
— Не помнишь, сколько куполов?
— Два или три, не могу сейчас вспомнить. А ты откуда про них знаешь?
— Догадался. Это старая воровская татуировка.
— Я как-то так и подумала. Ума не хватило присмотреться как следует. Я его и видела-то раздетым всего один раз! Нет, ты не подумай, просто он мне в коридоре попался, навстречу шёл в одних штанах.
Нужны они мне!
— Что, и не приставали на разу?
— Ну, Таджик, было дело, похлопал по заднице… Противно вспоминать! Сам весь потный после тренировки, рука мокрая — даже через юбку почувствовала… Но больше ничего не было. А ты что, начал меня ревновать?
Акулов обрисовал внешность Ивана:
— Не видела?
— Трудно сказать. Если он такой урод, как ты описываешь, то я бы, наверное, запомнила.
Значит, не видела.
Акулов кивнул. Признание, сделанное Иваном перед смертью, не казалось бесспорным. Он мог не расслышать вопроса. А мог сказать и просто так, из одному ему ведомых соображений. Из тех же, по которым он решил на Андрея напасть. Что им двигало? В темноте не узнал мента, приходившего в его дом вместе с Шитовым? Узнал, но все равно решил завалить, настолько велика была сила ненависти? Решил, несмотря на то, что должен был сидеть в своём убежище тише воды? Теперь не спросишь, можно только гадать…
— У Греки есть ещё одна картинка, — продолжила Ольга.
— Перстень на пальце выколот. Жирный такой, почти чёрный. Вот на этом пальце…
Она показала. Акулов кивнул:
— Рисунок запомнила?
Она пожала плечами:
— Кажется, да… Погоди, я попробую!
Сходила за бумагой и ручкой. Села к столу, поджав под себя правую ногу. Задумалась, прикусив колпачок авторучки. Свободной рукой провела несколько раз по волосам, стянула их сзади в хвостик. Улыбнулась:
— Кажется, вспомнила! Что-то такое…
Нарисовала прямоугольник, срезала углы.
Вверху и внизу — по небольшой тёмной короне. Внутри — ещё один восьмиугольник, заштрихованный. И поверх него — белый крест.
— Кажется, так… Тоже что-то воровское?
— Наверное… — Андрей видел похожие татуировки, но именно такую прежде не встречал. Может быть, она ошиблась?
Он убрал рисунок в карман. Помолчав, Ольга вздохнула:
— Кто-то из них Сашку убил. Пронюхали, что он ими интересуется.
