Истолковать это можно было и как зависть, и как удивление мизерной суммой.
— Надо чего-нибудь или просто так позвонил, поболтать?
— Кое-что надо…"
"— Конечно, просто так ты не позвонишь! Все вы, москали, одинаковые.
— А вам, хохлам, лишь бы за чужой счёт по межгороду потрепаться.
— Дык, земляк, скучно! Ну, говори своё дело.
— В восемьдесят седьмом году вашим горсудом за мокруху был осуждён такой Гмыря Ярослав Ростиславович, шестидесятого года, уроженец Ленобласти. Тринадцать лет парню дали.
Можешь узнать, что с ним сейчас?
— Земеля, где я, а где восемьдесят седьмой год? Думаешь, сохранились архивы? Ох, ну ты и сел мне на шею!
— На вас, хохлов, пожалуй, сядешь.
— Шо верно, то верно. Приятно послушать. Говори дальше, или у тебя все?
— Если достанешь судебное дело — посмотри, кто у него был в подельниках.
— А як же!
— Все.
— А если ты не мент, а злыдень какой-нибудь? Я шо, вижу, с кем бачу?
— Так ведь по голосу слышно!
— Голос можно подделать…
Перед тем как выйти из кабинета, Акулов взял с полки справочник «По ту сторону закона» — общедоступное издание, восемь лет назад выпущенное крупным тиражом.
Словарь воровского жаргона, тайнопись, татуировки. В нем содержалось множество разнообразной информации, однако для Акулова до сих пор ценность её была чисто познавательной, ни одного случая успешного применения он вспомнить не мог.
Долго искать не пришлось. На двадцать второй странице он увидел рисунок, совпадающий со сделанным Ольгой.
В комментарии говорилось:
«Проход через Кресты — побывавшие в следственном изоляторе № 1 Ленинграда (Санкт-Петербурга). Корона говорит о том, что её владелец нарушал режим содержания, был в конфликте с администрацией, претендует на лидерство в уголовной сфере».
* * *Иван Иванович Калмычный и адвокат Вениамин Яковлевич Трубоукладчиков пили чай и беседовали, когда секретарша доложила о приходе Акулова.
— Пропускай, — велел Калмычный, и адвокат положил руку на его локоть:
— Не переживай, Иваныч, все будет нормально.
Главное — не говори лишнего.
— А если он много знает?
— Он не может знать много. Может только догадываться.
Акулов вошёл. Калмычный поздоровался и предложил ему сесть. Андрей занял стул в конце стола для совещаний. Калмычный сидел на своём обычном директорском месте, адвокат рядом с ним, сверля Андрея грозным взглядом из-под мохнатых бровей.
