А вот ты что за швабра?
— Чья жена?
— Его! Ты что, даже имя не спрашиваешь, когда ложишься в постель?
— Андрея?
— Какого Андрея? Ты мне мозги не пудри!
Последняя фраза была произнесена визгливым тоном и являлась прелюдией к потасовке, Ермакова решила, что возраст соперницы является для неё дополнительным оскорблением. Если бы он спутался с девятнадцатилетней, это было бы ещё объяснимо. Блажь, порождённая мужской сущностью. Перебесится и домой прибежит. Малолетка ему лишь для кроватных дел и нужна, а до и после о чем с ней разговаривать? Но эта швабра… Он ведь с ней, видать, не только спит, она ему как человек интересна!
Ермакова изготовилась к броску.
Карты спутал ребёнок. Девочка выглянула из комнаты и без страха спросила:
— Мама, а это кто?
Ребёнок? Уж не его ли? Нет, не получается… Тогда вообще ничего не понятно.
Нападение не состоялось. Для объяснений удалились на кухню. Детектив остался скучать, подпирая стенку в коридоре.
Ольга запуталась, не зная, что говорить, а что лучше попридержать.
Пока разобралась, что эта фурия — не супруга Андрея и не его девушка, уже было поздно. Ермакова, хоть и отказалась от намерения разукрасить соперницу, в категорической форме потребовала, чтобы та выметалась на улицу. Немедленно, со всеми вещами. На сборы десять минут.
Ещё утром Ольга отправила сообщение на пейджер Андрея, наказав, чтобы его повторили четырежды с интервалами в два часа — как делала и вчера, и позавчера. Сейчас она снова взялась за телефон:
— Для абонента 305255… «Здесь оставаться нельзя, едем домой».
Ермакова подозрительно следила за её действиями:
— Кому это ты жалуешься?
— Кому надо.
Двадцатью минутами позже она с дочкой ушла из квартиры, провожаемая насмешливым взглядом частного сыщика и задумчивым — Ермаковой. Та уже начала понимать, что сделала что-то не то и, возможно, здорово навредила мужу в делах. Но звонить ему не торопилась. Вот придёт домой — тогда и узнает. Ничего, зато в следующий раз будет меньше секретничать и болтаться неизвестно где после работы.
Ольга постояла на автобусной остановке, ничего не дождалась и тормознула частника. Тот, увидев ребёнка, вспомнил о совести и не стал заламывать цену. Всю дорогу болтал, не давая сосредоточиться. Ольга думала о том, почему Акулов не перезвонил. В их городе нет метро, так что оказаться в мёртвой зоне пейджинговой связи проблематично. Как правило, сообщения не теряются.
